Политическое животное

А эти уроды, – она широким жестом благословила охранников, – не пускают нас. Забили все досками и перестраивают как вход в магазин. А сразу за дверью живут старики, еле ходят. Им теперь через второй этаж ходить? А там лестница на улицу какая, видели? Винтовая, металлическая, зимой там и молодой-здоровый боится ходить! Вот такие у нас дела. Что будем делать?

Я понимал, что, приехав сюда, должен тут же что-то решить, и это вопрос репутации шефа, а в первую очередь – моей. Если я обращусь к хозяевам магазина – они быстро договорятся с лидером, мы дискредитируем себя, а меня будут вспоминать недобрым словом.

«Чужие» журналисты скажут, что мы заодно, а жители дома с радостью наговорят гадостей обо мне в своих интервью. Отложить решение на потом – тоже не дело, ведь неясно, как все повернется. И даже показывать этот материал на нашем канале нельзя – лидеру тотчас же позвонят владельцы магазина с просьбой убрать сюжет из эфира.

Решить необходимо сейчас же, и по возможности без лишнего шума.

– Смотрите, их всего двое там, у вас на руках – бумага.

Вызывайте полицию и «ломайте» этих двоих. Все будет законно.

– Да как же, вызывали, – всплеснув руками, сказала она, – вызывали, да не едут они. А этих тронь – вагон приедет, было уже такое. Это все, что вы можете предложить? – грустно спросила она.

У меня созрело решение, и я предложил отойти немного в сторону, чтоб охранники нас не слышали. Стайка людей стремительно передвинулась на новое место.

– Я могу вам предложить. Только это потребует от вас усилий, мы не можем заменить собой полицию.

Вы готовы к борьбе? – проникновенно спросил я.

– А что надо делать? – покладисто спросил невысокий крепкий мужик.

– А делать надо следующее – ломать тех двоих, заходить куда надо, хотите – ставить свой замок. А я обеспечу вам присутствие полиции и телевидения, затем информационный резонанс. Идет? Думайте.

После недолго самоопределения публика решила драться.

Я взял тайм-аут для нескольких звонков. Первый – начальнику участкового отдела.

– Здравия желаю, товарищ майор! – бодро начал я.

– Здоров, говори быстро, – сказал приглушенно хриплый голос, видимо отвлекшись от совещания. Я быстро описал ситуацию, назвал адрес.

– И понимаете, как нехорошо выходит – здесь уже куча камер, газетчики едут, будет даже центральный канал, а ваши все не едут и не едут, потом скажут, что вы договорились. А сейчас здесь будет ой-ой-ой – все свалите на хулиганское поведение людей.