Блабериды

Когда тебе приспичило в туалет, диалог Бориса с главредом звучит примерно так:

– Мы находимся в редакционной комнате, заполненной смесью кислорода и азота в пропорции, необходимой для дыхания человека, – сообщал Боря.

– Азота, – писал в блокноте Гриша.

– Да, на азот приходится около 80% массы воздуха.

– Интересно, – кивал Гриша. – А остальные 20%?

– В основном на кислород и примеси. Кислород необходим человеку для дыхания.

– В самом деле?

– Да, без кислорода может наступить асфиксия и смерть.

– А у тебя есть комментарий специалиста?

– Да, я узнавал у космонавта Леонова, и он подтвердил, что в отрытом космосе дышать невозможно.

– Он пробовал сам?

– Нет, ему рассказывал об этом Сергей Королёв.

– Тогда всё-таки желателен ещё один комментарий специалиста, – советовал Гриша. – Чтобы показать другую точку зрения. Может быть, позвонить во дворец юных техников? Я слышал, они строят макет космического корабля.

На самом деле они обсуждали новость о закрытии одного из пляжей из-за обнаружения в воде какой-то бактерии. Но когда Боря заводил «… дело в том, что некоторые бактерии приводят к развитию инфекций…» и потом ещё пять минут вспоминал известные ему случаи поноса, мне снова казалось, что они с Гришей открывают для себя важность кислорода в жизнедеятельности человека.

Гриша не был дураком, скорее, он потрафлял Борису в награду за его недавние успехи. Или Борис его ловко гипнотизировал.

Иногда мне было сложно понять Гришу. Утром он выложил в Фейсбуке вопрос, какой из концертных залов имеет наиболее подходящую акустику для прослушивания третьей симфонии Рахманинова. Я занимался музыкой в юности, но среди моей нынешней аудитории вопрос бы повис в воздухе. Гришины подписчики активно сравнивали впечатления от Рахманинова в Мариинском театре и в концертном зале города Перт в Австралии.

Алик Ветлугин, наш директор, не слушал Рахманинова, но иногда посещал планёрки в ранге наблюдателя, и научная беседа двух столпов его тоже утомила.

– Да понятно всё. Просто бери комментарий у медиков, что если хлебнёшь этой воды, жидко обосрёшься и умрёшь. У каждого своя голова на плечах. Если позарез хочется искупаться и обосраться, это его конституционное право. Всё. Поехали дальше.

Виктор Петрович быстро заявил три небольшие темы, и очередь дошла до меня.