Блабериды

– А кого мы имеем в виду?

– Вы когда-нибудь думали о вещах, которым не придумано названий? Попробуйте думать без слов. Это требует сноровки, но если вы избавитесь от необходимости проговаривать каждую мысль, сможете понимать быстрее. Попробуйте довериться знанию, источник которого вам не известен. Правда, так легко посчитать медь золотом и стать слишком религиозным, но некоторые наделены способностью отличать. Очень сложно ловить змею мокрыми руками, но иногда её не нужно ловить – достаточно смотреть.

Он замолчал.

– Даже не знаю, что сказать, – пробормотал я.

– А знаете, Максим, что есть лучшее удовольствие в жизни?

– Видимо, вы мне откроете.

– В течение жизни человек поднимается по лестнице удовольствий, начиная от простейших, животных, заложенных в нас эволюцией, потом социальных, наконец, интеллектуальных. Стремление к удовольствиям – это вектор жизни. Ступенька за ступенькой. А самое большое удовольствие – это освобождение, которое наступает после осознания того, что невозможно выразить словами.

Запомните это. Если вы когда-нибудь встретите великого человека, он скажет вам то же самое.

– Я подумаю над этим.

* * *

Утром губа распухла, а предыдущий вечер показался самым нелепым фарсом, который случался в моей жизни. Этот Братерский – обычный идиот, клоун, который выставил меня на посмешище. Верит ли он в то, что говорит? Боюсь, что верит. Возможно, он сумасшедший. Сколько сумасшедших я видел в своей жизни? Немного.

Он вполне может быть одним из них.

Злоба крутила желудок несколько дней. Я не написал заявление в полицию, не желая предстать перед коллегами и семьёй человеком, которому съездил по морде какой-то кудрявый тип. Родным я сказал, что налетел на дверь туалета.

Я старался занять себя работой и стал особенно внимателен к семье. Перемены во мне заметил тесть и сказал как-то с хитрецой, подмигнув Оле:

– Что-то тихим стал Максим.

Слова задели меня, хотя тестю свойственна прямота сильных и необразованных.

Я не был человеком его круга, но люди из него почему-то вызывали во мне интерес. Они шли против власти и закона в девяностых, чтобы потом стать властью и законом. Они умели ломать кости, но давно устали от этого. Я долго ждал, пока пренебрежение тестя ко мне, которого он не скрывал, сменится теплотой, которую он также не скрывал.

«Тихим стал», – на языке тестя это значило «сдулся». В его понимании, это грех.