Всё рифмуется

Здесь без смеха идёт потеха,

и сажусь я на трон молчанья.

Мой народец! На разной ноте

все молчат, только болен каждый:

«за» молчат, но молчат и «против»,

в лоб молчат или глаз не кажут.

Кто-то гордо, а кто невольно,

кто стыдливо, а кто жестоко.

Но им больно… Как всем им больно!

Даже в казни не будет прока.

Пусть палач инструмент заточит,

хочет – тупо, а хочет – остро,

но казнит он молчанья молча,

и во мне он разбудит монстра.

Встану с трона, скажу: не надо

подчинённых таких мне вовсе.

Но с другими – не будет сладу,

их опять переманит осень.

Бросив трон, собираю бисер —

не метать, а подальше спрятать.

Мир творился не слишком быстро.

Рыбы, птицы. И день был – пятый.

Осенне-депрессивное

Мы поздние нотки на слабенькой ветке —

пора нас судить беспощадней и строже.

Никто не спасётся, расставлены метки,

и хоть бы скорее… пускай не тревожат

пустые надежды. Последние песни

поют дураки, оторвавшись от стаи.

Но небо закрыто, диагноз известен,

кто смог бы взлететь – тот давно уж летает.

А нам и пытаться теперь уже тщетно,

а нам – покружив, пополнять эти сонмы

шуршащих и мёртвых, цветных и бесцветных —

осеннюю норму упавших и сорных

из прошлого года, из прошлого века

– мы ляжем слоями, от нас не убудет,

мы смыслы без звука, мы ноты-калеки,

обычные души обыденных судеб.

Нас поздняя осень привычно зачистит,

а мы никого не зовём за собою…

Вот только немного сочувствуем листьям,

что станут надеяться новой весною.

    2016

Послесловие к дружбе

Господи, благослови ее, пожалуйста, успокой, включи в ее доме свет и ко лбу прикоснись рукой. А если и виновата в чем, то не она одна… Я знаю, слова – это страшно, они достигают дна.

Но ведь оно притаилось, оно родилось давно, оно очень долго пряталось, но было ей не равно. И с детства одежда колется, и строг родительский дом, а эта любовь шершавая кожу сняла потом.

Я что-то могла-должна была? А может, и не должна… Наверно, лежит вина на мне, иначе – какого рожна? А если я не причина, то почему тогда – цель? Сколько же было хорошего… с лучшею, с ближней моей. Не было крепче дружбы – ненависть ее крепка. Скажут, что можно убить меня – не дрогнет ее рука. Пока ее стрелы – мимо, пока еще недолет, но если они попадут, тогда… это войдет в нее.