Какое настроение, такая и жизнь

Ей всегда было неловко, когда кто-нибудь старался повысив голос подчеркнуть её давнюю глухоту, даже если этот кто-то и был самой близкой подругой.

Клавдия Ивановна сняла промокшее зимнее пальто с маленьким воротником из куницы, потом такую же кунью шапочку орехового цвета и, вручив всё это протянувшей руки Ольге, осталась в строгом тёмно-синем, немного потёртом, но ещё достаточно элегантно сидящим на её по – прежнему подтянутой фигуре, бостоновом костюме. Небольшой белый бант на воротнике блузки был заколот крупной овальной серебряной брошью с изящной камеей.

– Не волнуйся, всё ноъмально… – оглядев Ольгу, она приветливо улыбнулась а ты замечательно выгъядешь! Ну, как вы тут устъоились, показывай, показывай, – и Клавдия прошла в комнату вслед за хозяйкой.

– Да, видишь, как всё чудесно, сколько света! Мне просто не верится! – радостно сообщила Ольга, но тут же, словно осеклась, и извиняясь добавила, – Пришлось в долги влезть: мы мебель новую купили, шкаф трёхстворчатый, чтобы всё поместилось, и Нике диван, а мы с Шурой на кровати теперь полутора спальной шикуем! Но столько потратить пришлось… – Ольга выразительно развела руками и продолжила томно вздыхая, проходя на середину комнаты и приглашая подругу присесть на новый диван оббитый светлым гобеленом.

 – Это же не то, что на Якиманке: Ника на раскладушке, а мы на разбитой софе.

– Отлично, пъосто здоъово! И ковёъ так подошёл, пъосто замечательно… помнишь, как мы его с тобой из ЦУМа вместе тащили? Ты ещё на меня ъугалась, что я тебя втъавила, что доъого, а тепеъь вот как чудесно подошёл!! – Клавдия села на диван изящно перевив ноги, демонстрируя их стройность и красоту с очень высоким, как у балерины, подъёмом, которым она всегда гордилась и который стремилась продемонстрировать при любом удобном случае, это давно вошло в привычку даже если её никто в этот момент и не видел.

 – А ваша соседка как, ничего? Пъиличная женщина?

– Да я её толком ещё и не рассмотрела, она всего как два дня назад въехала.

Шура вещи помогал расставлять… Тёмненькая такая и полненькая, вот и всё, что я успела разглядеть, представилась как Надежда Ивановна, лет тридцать- тридцать пять от силы, молодая! – Ольга выразительно пожала плечами.

– Ну, бог с ней, лишь бы не конфликтная была… а чай пить будем? Я печенье испекла, какое ты любишь с малиновым ваъеньем, песочное, – и Клавдия выложила на стол небольшой пакетик.