Метаморфозы жизни

И вот придёт она сейчас… он, конечно, всё ей выскажет, а потом ночью, когда детей уложит и свекровь захрапит в соседней комнате… На кой ей тогда сдались все эти орхидеи Веркины?!!

Наташа с Любочкой медленно направились к метро, но ехать им было в разные стороны, поэтому подробно обсудить произошедшее они не совсем успели. Немного и почти искренне порадовались за подругу, что в день сорокалетия ей прошлые мужики такие цветы подарили. Ну что ж, сейчас по интернету можно всё что угодно и откуда угодно заказать были бы деньги и желание.

Каждая, конечно, не призналась ни себе, ни подруге, что всё же позавидовала Вере, хотя особенно-то завидовать было нечему: Верка ведь тоже всё одна, но всё же внимание, такое внимание- ух, как приятно!!!

Наташу всю оставшуюся дорогу домой почему-то мучил вопрос о лилиях: неужели опять замуж собралась тихоня? А говорит, что я самая близкая подруга её? Интересно всё же КТО? А лилии – это ведь любимые Наташины цветы…

Любочка страдала не столько по вопросу, кто и какой букет подарил, сколько о том, что вообще вспомнил-и и подарил-и?

Неужели бывают такие отношения, неужели можно вот так, столько лет помнить и чувствовать? Она не верила в такую любовь никогда, а тут такое?! И у кого? У Верки? Это ж не двадцать пять, не тридцать, а сороковник! Она меня аж на восемь месяцев старше!!!

Вера медленно убирала со стола грязную посуду и плакала.

Она совсем не так собиралась отпраздновать этот день: ей хотелось повеселиться, посмеяться, разогнать эти плачущие летние тучи именно в свой День рождения.

Неделю назад она сама заказала себе в цветочном интернет-магазине «Радость в дом» эти три шикарных букета, сама придумала интригующие надписи на разноцветных записочках, угрохав на этот сюрприз почти всю месячную зарплату. Она и предположить не могла, что все воспримут это так серьёзно, собиралась за чаем признаться во всём и посмеяться вместе со всеми этой своей оригинальной выдумке. А вышло? Конечно, мама! – у неё никогда не было чувства юмора, вот девчонки и повелись.

Глупость какая, теперь и объяснить-то невозможно – обидятся ещё больше!

Слёзы лились уже таким же бурным потоком, как и начавшийся опять несуразный июльский дождь. Вдруг Вере послышался слабый звонок в дверь: «Ну вот, уже и галлюцинации начинаются, Бог наказал.» Но звонок повторился уже более сильно. Вытерев наскоро краем фартука мокрые щёки, Вера подошла к двери и глянула в дверной глазок. На лестничной площадке стояли юноша и девушка.