Тень Евки

Андрей шёл, приятно обременённый покупками, среди которых были неведомо как залетевшая сюда бутыль «Арарата» в фирменной коробке и с детства любимые им сардины в продолговатой баночке. «Ничего себе, магазинчик!» – подумал Андрей и невольно замедлил ход, потому что к дороге из полевых цветочных зарослей двигалось что-то несусветное: человеческая фигура, увенчанная чем-то вроде индейского боевого убора, колышущегося разноцветной короной. Фигура приближалась, и Андрей увидел, что это девчонка. На ней был малиновый, в белый горошек, сарафанчик, а на голове красовался фантастический венок, сплетённый из всего, что росло в этом бывшем поле.

Основу составляли ромашки, а в них вплелись васильки, лютики, малиновые метёлки и даже колоски самых разных трав. Всё это колыхалось, танцевало при каждом движении девчонки, которая шла, беззаботно припрыгивая: так ходят зелёные первоклашки-третьеклашки, безотчётно радующиеся жизни. При этом девчонка ещё что-то напевала себе под нос тоненьким, очень высоким голосом…

Андрей невольно остановился, и девчонка, увидев его, тоже застыла.

Потом вдруг, издав радостно воинственный клич, она бросилась к нему, раздвигая тонкими руками тормозящие её бег травы.

– Андрюша! Ты как тут? Откуда? – закричала она изумлённо, и её желтовато-карие глаза расширились и стали почти квадратными. Андрей промычал что-то несвязное и продолжал смотреть на неё оторопело. Он явно её не знал, а она обращалась к нему, как к старому приятелю.

– Ты что, не узнаёшь меня? – догадалась девчонка.

– Да, то есть – нет! – совсем запутался Андрей.

– Да мы ж с тобой соседи! Я – в 44-м, а ты – в 46-м! – и она засмеялась.

– Да? – только и мог выдавить Андрей, во все глаза разглядывая это чудо.

– Да ты даже у нас дома был однажды! – и она ещё веселей засмеялась, глядя на его сконфуженное лицо. – А чего ты в Жаворонках делаешь?

– Я к другу приехал, – ответил Андрей, радуясь, что разговор перешёл в более непринуждённую форму.

– А где он живёт – друг твой?

– На второй Советской.

– Надо же! – удивилась девчонка. – И я туда иду. Вот хорошо! – и она опять засмеялась. А Андрей почему-то обрадовался. Он никогда не мог общаться с девушками свободно и всегда завидовал однокурсникам, у которых явно не было с этим никаких проблем.

А эта девчонка так просто, так радостно с ним заговорила, что вся его робость мгновенно улетучилась. Они пошли, болтая ни о чём, и Андрей потихоньку её разглядывал.