О тех, кто в цирке не смеётся

Все вокруг не знают, плакать или смеяться. Кое – как его оттаяли и отлепили от лавки.

Пятого декабря состав прибыл в Сургут. На улице – 55!!!

На платформу вышел командир бригады и дает команду: «К вагонам»!

У вагонов с трудом открыли двери (они просто примерзли к притворам). Первый солдат, который стоял у дверей и хотел выйти, глотнул уличного воздуха и упал из вагона на платформу. Его оттащили на вокзал и вызвали «скорую». Оказалось, обморожение легких, еле спасли. Лишь к весне выздоровел.

Весь день разгружались, ночь провели на вокзале, а ты видел этот вокзал? – весь дырявый, светится насквозь.

– Деревянный? Видел.

– Это я принимаю альмагель. Его при язвах прописывают и после резекции желудка. Надо принимать и лежать, меняя позы, чтобы лекарство обволокло всю внутреннюю поверхность желудка.

Так вот, солдаты даже о «самоходе» не помышляли. На платформе развернули полевую кухню и к ночи сумели накормить полу – варёной перловой кашей, смешанной с рыбными консервами.

Утром нас «вытолкали» из вокзала и отправили к месту дислокации, это тот городок, где ты сейчас поселился. Правда, городка не было. Были палатки. Привезли нас туда, выгрузили, а там снега по пояс. Чтобы палатки поставить, снег даже не убирали, а просто обтаптывали.

За два дня сумели установить палатки на весь личный состав. Постепенно раздобыли буржуйки дополнительно к комплектным, нашли топливо и договорились о постоянной доставке. Кое – как быт наладили. Приступили к строительству своего постоянного городка, а именно, этого.

Утром солдаты поднимаются, а умыться негде и нечем, у всех тела от холода застывшие так, что не шевелятся. Комбат сам весь строй заставлял по утрам зарядку делать. Так, после зарядки, в самом деле начинали двигаться.

Чтобы утром солдат накормить, всю ночь стояла вахта и топила полевую кухню. Так еда получалась, когда нормальная, когда недоваренная, когда переваренная, а то и подгоревшая. Здесь не было разделений солдатская еда или офицерская.

После завтрака – строем на работу на эту площадку.

А здесь нам лишь территорию определили, а на ней девственный лес стоял и больше ничего.

Лес валили бензопилами и вручную, устроили у себя пилораму. Прямо на месте пилили из сваленного леса брус, плахи, доски. Что-то отдавали на обмен за половую рейку и вагонку.

Потом нашли копёр. Он нам забил свайное поле под первую казарму ещё зимой. Сразу начали строительство.