Баиловский сад

Обстановка в комнатах была стандартная: три койки, три тумбочки, письменный стол, стул и общий платяной шкаф с вешалками, то есть никаких излишеств в комнате общежития не предусматривалось. Но в любом случае по сравнению с казармой, где всё твоё личное пространство ограничивалось койкой, одной на двоих с соседом тумбочкой, в которой разрешалось хранить туалетные принадлежности, учебники, тетради и книги из училищной библиотеки, и рундуком для вещевого аттестата, комнаты в общежитии были настоящей роскошью.

После заселения курсанты по мере своих возможностей начали обустраивать быт. В комнатах появились нарды, гитары, шахматы, принесённые из дома старые настольные лампы, будильники, кипятильники, вилки, ножи, тарелки, которые, как правило, притаскивали с камбуза, а за шкафом, под матрасом или в других укромных местах у многих была спрятана «гражданка».

Периодически командир и старшина роты в присутствии старшины класса устраивали в комнатах шмон. Изъятая посуда отправлялась назад на камбуз, кипятильники, чаще всего небезопасные, уничтожались на месте, а «гражданка», от которой все отказывались, отправлялась в факультетскую баталерку на ветошь.

Так продолжалось до конца первого семестра, а после зимней сессии выпускной курс разъехался по флотам на стажировку, и по возвращении пятикурсники приступали к написанию дипломных работ, после чего их уже оставляли в покое.

Сегодня Валеркины соседи по комнате (тоже, как и Валерка, баиловские) после ужина уволились домой до утра. Комната была в Валеркином распоряжении, и он удобно устроился: весь стол был завален дипломными материалами, учебниками, форматными листами, ручками, карандашами, линейками, а на двух тумбочках разместилось то, что должно было поддерживать его во вторую бессонную ночь: хлеб, масло, кофе, сахар, чай и сигареты.

Тагиев выпил стакан крепкого кофе, перекурил и уселся за работу.

К пяти утра текстуальная часть диплома была наконец завершена и подготовлена к сдаче в типографию.

За окном рассветало, а ещё минут через десять, пока Валерка наводил порядок и перекуривал, на улице начался дождь. Состояние было под стать погоде – очень хотелось спать. По распорядку дня подъём в училище был в семь утра, но пятикурсников это уже не касалось.