И все они жили в России

– Да, мам… Мне хотелось… с тобой поговорить, – длинные паузы между словами томили ожиданием мать. – Когда мы шли с рынка с отцом, я увидел красивую девушку. Она поздоровалась с отцом. Думаю, что её семья хорошо ему знакома. Недавно проследил за ней и узнал, что живёт на краю села, где растёт дикая груша, – он старался не пересекаться взглядом с матерью.

– Сынок, рада, что ты со мной откровенен. Но следить за людьми – это дурной пример. Я поговорю с Абдулой. Это хорошая семья ювелиров. По отцовской линии мы дальние родственники, – мать обрадовалась выбору сына.

Абдула, Асия и Ахмад сидели в саду. Опавшие лепестки вишни хлопьями лежали вокруг. Только изредка разговор перебивало щебетание птиц.

– Ахмад, выбор жены – ответственный шаг в жизни каждого мужчины. Это шаг во взрослую жизнь. Знай: если мужчина – это кинжал, то супруга – это ножны, – отца перехлёстывали эмоции.

Ахмад молча кивал. Аксакал понял, что решение сына серьёзное. Надев папаху и черкеску, отправился к товарищу.

Асия не находила себе места, переживая за сына. Даже несколько раз заварила зелёный чай на травах. Сын нервничал сильнее, чем в первую охоту на медведя. Животное бежало с жутким рёвом, и они с отцом еле уложили его тогда.

В ожидании парень попытался прилечь, но это не помогло. Волнение усилилось настолько, что казалось, сердце колотится на всю комнату. На мгновение даже допустил мысль украсть Амину. Вглядываясь через окно в даль, Ахмад представлял, как отец вёл ответственный разговор в сакле.

Солнце алым шаром нырнуло за вершины заснеженных гор, и в доме зажгли свет. Силуэт Абдулы так и не появился вдали.

Время шло к полуночи, когда в дверь постучали. Ахмад орлом полетел на первый этаж. В прихожей обошла мать и открыла дверь.

Войдя, Абдула хранил молчание. Казалось, что воздух накалился настолько, что матери с сыном стало жарко. Сняв папаху, отец попросил воды.

– Ну, что сказали? – глаза женщины превратились в горные озёра зимой.

– Долго говорили с Ибрахимом, о многом вспомнили.

– Абдула! Не мучай меня, скажи, что они сказали? – голос Асии дрожал от ожидания и напряжения.

– Позвали нас в гости. Ибрахим и Хадиджа дали добро. Молодые должны увидеть друг друга. Последнее слово будет за Аминой.

– Ура! – мать крепко обняла сына. Ахмад от растерянности словно окаменел и походил на ствол дерева, пустившего корни глубоко в землю.