Падая в небо

Дожидаясь, пока вернется с планерки начальница, Рита пила кофе в крошечной каморке, важно именуемой «Комната приема пищи». Девочки из отдела продаж, косясь на дверь, в самых сочных красках живописали о том, какой мегерой была начальница последние две недели. И уверенно заявили, что теперь бедняге Рите придется отдуваться за свой внеплановый отпуск, вкалывая по-черному. Королевишна (это ехидное прозвище закрепилось за начальницей после неудачного выступления на новогоднем корпоративе) наверняка придумала план мести, в котором Рите отведена самая жуткая роль в истории человечества.

Рита слушала их вполуха, размышляя о том, успеет ли вечером съездить за новыми кистями. Ближайший магазин с художественными принадлежностями находился в двух кварталах, но работал до семи, а Рита – до полседьмого. Всё остальное казалось неважным.

Вскоре в дверь заглянула Людочка, шустрая девчушка-менеджер и, крикнув: «Закончилось, идут», – тут же исчезла. Стаей птиц вспорхнули девчонки, бросаясь на рабочие места, и Рита, вымыв бокал, отправилась к Королевишне.

– Ну что, подвела ты меня с отпуском, Маргарита. Подвела, – заявила начальница, поджав тонкие лилово-перламутровые губы, – как теперь наверстаешь упущенное, даже не знаю, – она полистала ежедневник, – пять заказов на визитки, три буклета и два плаката для ГИБДД, – холодный взгляд с нескрываемым злорадством впился Рите в лицо, – думаю, что сегодня тебе стоит задержаться подольше. И не только сегодня, в ближайшие выходные тебе тоже придется поработать.

– Не получится, Ирина Павловна, на сегодняшний вечер у меня другие планы. И на выходные тоже, – дивясь собственной наглости, произнесла Рита, прежде совершенно безропотно сносящая подобные заявления начальницы. – Я увольняюсь.

Она ожидала взрыва, но его не последовало.

– Так я и думала, что отпуск ты взяла не случайно, – произнесла начальница, довольная своей проницательностью. – Признавайся, куда устроилась?

– Никуда, – честно ответила Рита. Попросила листок и ручку и, спустя пять минут, положила на стол заявление об уходе.

* * *

В новую жизнь Рита вступила налегке (от упавшего с плеч камня хотелось летать) и почти без денег. Отпуск за свой счет съел почти всё выходное пособие, но Рита ни о чем не жалела – пять лет бессмысленной работы загнали ее в такой беспросветный тупик, что теперь, чудом из него выбравшись, она хотела уйти как можно дальше от наезженной колеи.

Она понятия не имела, чем будет заниматься и на что жить.