154 сонета

один лишь миг от всходов есть до тлена,

завянет всё, чему идти бы бы в рост,

планета сцена, зритель во Вселенной

внимает ей, постигнув тайны звёзд

а небесам, как водится, видней,

жил человек, как куст зелёный днём,

но куст сгниёт и скроется в земле,

мёртв человек – нет памяти о нём!

приходим в мир лишь на одно мгновенье,

мы ценим жизнь, когда уходит прочь,

и награждает время иль забвеньем,

иль светлый день наш превращает в ночь

пусть с целым миром мы у времени в плену,

что отберет оно, назад тебе верну…

Сонет №16

But wherefore do not you a mightier way

Make war upon this bloody tyrant, Time?

And fortify yourself in your decay

With means more blessed than my barren rhyme?

Now stand you on the top of happy hours,

And many maiden gardens yet unset

With virtuous wish would bear your living flowers,

Much liker than your painted counterfeit:

So should the lines of life that life repair,

Which this, Time’s pencil, or my pupil pen,

Neither in inward worth nor outward fair,

Can make you live yourself in eyes of men.

To give away yourself keeps yourself still,

And you must live, drawn by your own sweet skill.

чтоб страшный бой со временем-тираном

не проиграть, и вечно жить в веках

создай подобие, тебе пусть будет равным,

в нём оставайся, не в пустых стихах

сейчас, когда на гребне ты успеха,

бредёшь по чудным девственным садам,

то каждый сад способен дать побеги

в уже живых, а не с холста, плодах

черты наследника – вот жизни обновленье,

ведь кисть художника, школярское перо

не смогут дать такого представленья,

о красоте, ей вечно жить дано!

нет больше мастерства, чем жертвовать себя,

ты сохранишься, и запомнит мир тебя…

Сонет №17

Who will believe my verse in time to come,

If it were fill’d with your most high deserts?

Though yet, heaven knows, it is but as a tomb

Which hides your life and shows not half your parts.

If I could write the beauty of your eyes

And in fresh numbers number all your graces,

The age to come would say «This poet lies:

Such heavenly touches ne’er touch’d earthly faces.