Подсолнухи

Описать Лешу я не смогу – он стерся из памяти на следующий же день.

Подошла Лиза. «Может, в шапке ей было лучше», – подумала я, разглядывая новую подругу. Ярко-рыжие кудри вместе с коричневым жилетом поверх серого платья придавали всему облику некоторую сумасшедшинку.

Никита удивленно уставился на Лизу:

– Галайперис! – восхищенно произнес он и встал на одно колено. Она величественно протянула руку для поцелуя, а потом засмеялась. Мы с Лешей недоуменно переглянулись.

Никита поднялся с коленей, посмотрел на нас:

– Она же вылитая Галайперис!

Мы вопросительно молчали.

– «Властелин престола»? – он разговаривал с нами как с умственно отсталыми. – Не смотрели? Не читали? Ну, вы даете! Зачем же тогда в кино идете?

Признаться, я даже не задумывалась, на какой фильм мы собрались: с парнем моей мечты я бы стала смотреть даже экранизацию энциклопедии на вьетнамском языке.

– Это же третья часть – «Кольцо игры», – продолжал горячиться Никита.

В зале он сел между мной и Лизой.

Зрелище на экране, действительно, напоминало для меня энциклопедию на вьетнамском. Я ничего не понимала. А Лиза и Никита постоянно переговаривались и смеялись. В конце фильма, когда погибла главная героиня, он взял Лизу за руку. Моя мечта рассыпалась, как высохший древний папирус.

Потом мы пошли в кафе, чтобы я и Леша стали молчаливыми декорациями пьесы для двух актеров.

– А у меня есть самое первое издание Мартина Джона, – говорила Лиза.

– А у меня – вторая часть в переводе Назаровой и подарочный вариант «Миры Запределья», – вторил парень моей рухнувшей мечты и смотрел на Лизу влюбленными глазами.

Леша молча разглядывал кофейную чашку, а я – белую скатерть. В голову назойливо лезла мысль: «Зря я не позвала в кино соседку по квартире. По крайней мере было бы не так обидно».

Любовь во времена ковида

До гостиничного номера я добралась только к вечеру. Комната была маленькая, уставшая от предшественников-туристов: кровать, слегка облезлый стол, два стула, шкаф в узком коридорчике.

Но это ерунда. Главное – до моря пара минут.

Именно о нем я мечтала целый год. Оно снилось ночами, вдохновляло писать стихи. Я вспоминала его соленые прохладные объятия, вздохи прибоя, шуршание убегающий волны. Тело требовало растянуться, расслабиться, подставить бока жарким лучам. Глаза хотели видеть, как бескрайняя морская синь переходит в небесную.