Красная нить

И забарабанили по батарее, словно пальцем погрозили.

– Мальчики, тихо, – шикнула мама и отправилась готовить завтрак.

Папа же с Лисом, чтобы не дурачиться, принялись рассматривать книжку с приемами. Картинки были – замечательные. Посмотришь, и как будто бы уже научился. Все казалось очень даже легко.

А потом с кухни маняще потянуло блинчиками, и разглядывать книжку стало не так интересно. Приятнее было представлять, как ты поливаешь хрустящий, дырявый блинчик вареньем или сгущённым молоком, откусываешь и улетаешь на седьмое небо от счастья.

Лис изучал боевые приемы при любом удобном случае. Даже брал с собой книжку в школу. Она сразу стала предметом зависти почти всех мальчишек в классе.

– Ну, и что? И что? – задирался Тимур Ивлеев. – А я вот тебе так! А ты мне что? – и больно тыкал Лиса под ребра.

Тот терпел, по двум причинам. Первая, Ивлеев был на полголовы ниже. Вторая, у Тимура был старший брат, восьмиклассник. Брат уже говорил басом, и над верхней губой у него пробивались редкие черные усики.

Потом выяснилось, что из книги с корнем вырвано несколько картинок. Жаль, до слез! Внутри Лиса кипело и бурлило, грозя вылиться злыми отчаянными слезами. Тем более, никто не признавался в содеянном. Лис, конечно, прекрасно помнил эти картинки, даже изобразил что-то подобное в альбоме, вместо заданных Галиной Петровной зимних узоров, но ведь нельзя портить чужую вещь безнаказанно!

Докия преданно смотрела на друга, гладила его по руке, а потом, не испугавшись, что кто-нибудь обязательно назовет ябедой, рассказала обо всем Валентине Максимовне.

Та расстроилась. При всех ребятах. Показательно. Но никто не признался. Доходчиво объяснила, что как бы тебе не хотелось взять чужое, делать этого ни в коем случае нельзя. Все промолчали, потупившись в парту. Пригрозила, что всему классу придется пообщаться с социальным педагогом, а виновному – еще и с директором: ноль реакции.

Лис уже почти не расстраивался. Но ему было стыдно, что папа купил такую дорогую книгу, а он не смог ее сберечь.

Докия сидела сердитая, с сжатыми в узкую полосочку губами. И размышляла, как же потом разговаривать со всеми одноклассниками, и не думать, что каждый из них может оказаться вором!

Но Валентина Максимовна не сдавалась. Она принесла в класс бутылку с прозрачной жидкостью, которую при всех вылила в тазик для мытья доски.