Пес, грызущий железную кость

Финальная точка, никто не победил, министры расходятся. Маршал устало трет шею – воротник кителя опять натирает, кто их только шьет такие удавки. Друг за другом люди покидают отделанный серым зал, Эван собирается уйти последним. Нужно поговорить со своими. С офицерами находку обсудить толком не успели – добывали и структурировали информацию. По данным, которыми располагают диггеры, земли на том месте не должно быть.

– Доволен? – Кейн остался и стоит напротив.

– Чем? – рыжий министр обороны переводит на собеседника безразличный взгляд.

– Снова вмешался, снова получил поддержку. Не думал, что будет, если прав я? – он имеет в виду эпидемию.

«Какая же ты тварь», – думает маршал, а вслух говорит:

– Не вашими ли стараниями, господин президент, были упразднены пункты экстренной помощи и роботы-медики? Вы были правы, когда лишали население среднего и низшего классов возможности бесплатно проверить здоровье?

Тогда решение было принято без ведома Совета, потому что все министры имеют право принимать законы, касающиеся вверенных им дисциплин.

– Мы сокращали расходы. Для повышения эффективности работы Комитета.

«Ну конечно, расширить ряды личных шавок приоритетнее», – думает Эв и молчит, потому что все и без слов понятно по его холодному взгляду. Голубые глаза словно покрылись коркой льда, как океанская гладь у причала в морозы.

– Не переходите границ, – прекрасно все понимая, цедит президент и, кивнув, уходит.

Город когда-то был настоящим Раем, когда-то давно, еще до рождения Эвана, до рождения живущего сейчас в Полисе поколения. Светлая, благородная задумка: ковчег, спасение достойных, чистые гены и новый, лучший мир. Всего через пять сотен лет все пошло роботу в выхлоп. Пес любил историю, любил просматривать архивные файлы, но в определенный момент – бросил. Вернуть ничего нельзя. Он понял это, когда вступил на пост.

Вздыхая, Эв поднимается с кресла, щелчком пальцев гасит свет в зале и бредет прочь. Возвращаться домой не хочется, там ждут с хорошими новостями, а их нет. Поэтому Эван направляется к системе лифтов и спускается с Административного на Зеленый.

По тротуару, выходящему за пределы крыши, лупит дождь. Холодный, всепоглощающий, острый, шумный.