Пес, грызущий железную кость

В последнее время их все меньше, тоже твари, что ли, пожирают? Естественный космический отбор. Сколько раз они отправляли корабли вверх, а не в глубину? Там отбор еще жестче, даже исследовать толком не получается, а существующих данных слишком мало. Что же коварнее: небо или океан?

– Пес, вернись. Ты слышишь?

Одна звезда стремительно приближается, увеличивается в размерах и вспыхивает нестерпимо близко. Маршал думает, что закрывает глаза, но на самом деле дергается на полу и открывает.

– Привет, – на него смотрит корабельный медик.

 – Ты первый вернулся.

Требуется немного времени, чтобы понять, что происходит. Почему так много синтетических рыбок лежат в ряд без шлемов? Эв понимает, что все закончилось, на этот раз – точно. Твари нет, он в безопасности и тоже лежит. Гражданские дома. Первоначальная задача не выполнена, зато ученые целы.

– Сколько не вернулись? – спрашивает Пес первое, что приходит в голову.

– Семьдесят шесть человек, – парень с подсвеченными синим очками садится рядом, прямо на пол, – больше половины оставшихся в отключке.

Тварь сумела сбить всю электронику, какие-то новые волны. Мы даже приблизительно не можем понять, что это было. Радар сбоит, датчики не работают, однопилотники вышли из-под контроля и перебили своих же.

– Гражданские ушли? С городом связались? – после попытки подняться Пес понимает, что про окровавленную правую руку не приснилось.

– Те, кого забрали мошки, и большие корабли ушли, – медик устало вздыхает. – У нас не работают рации. Внутренняя связь не дотягивается.

Эв закрывает глаза и пробует нащупать в своей голове Харда, но натыкается на туман. Никого из команды тоже не слышно.

– Не в расстоянии дело, – догадывается маршал – интуиция в таких случаях редко подводит. – Мы можем вернуться? Подкрепление?

– Подкрепления не было. Приборы не работают. Стемнело и небо затянуто – заблудимся, – медик кивает на окно, которое сразу и не заметить, – сам посмотри.

Стараясь не стонать из-за боли в руке – рану уже очистили и закрыли заживляющей пленкой, а обезболивающее еще не подействовало – Эван идет к иллюминатору.

За стеклом ни черта не видно, лишь огни корабля отражаются от гладкой поверхности океана. Несколько метров вниз. Словно они парят в невесомости. Велика ли разница между космосом и океаном?

– Лера, – зовет Эв офицера. – Почему пилоты не могут сориентироваться?

– Нас тряхнуло, когда спрут тонул. Потеряли направление, а теперь приборы взбесились, до сих пор не можем настроить.