Записки финдиректора

Симпатизируя ему в душе, в описываемых им ситуациях я не встал бы на его сторону. Потому что Дон Кихот для меня был и остается персонажем только комическим.

Мною полностью опущены детали, касающиеся производства, и смягчены слишком резкие характеристики.

Я затрудняюсь определить жанр этого произведения. Сам сочинитель об этом не позаботился. Но, в конце концов, не так уж важно определение жанра. Есть романы, смахивающие на скучные инструкции, а есть циркуляры, напоминающие авангардистские романы.

Автор озаглавил свою рукопись «Смешанное общество», но это название представляется мне неприемлемым из-за его двусмысленности.

Поэтому я заменил его на другое, указанное на обложке, – «Записки финдиректора». Оно, с одной стороны, как бы определяет жанр, а с другой – говорит о субъективности изложения.

Поскольку все имена собственные изменены, как и название фирмы, выносить на обложку фамилию автора «Записок» не считаю нужным. Формальное авторство беру на себя со всеми вытекающими отсюда последствиями. Итак…

1.

 О себе

Начну банально. Пишу только для себя. Писанина эта не только не может быть опубликована, но и знакомым, и даже близким друзьям никогда не рискну показать ее. И все же где-то там, под спудом рухнувших надежд тлеет мыслишка: а вдруг? А вдруг когда-нибудь? Ведь все, о чем я хочу написать, к сожалению, не выдумка, не клевета на нашу жизнь. Это скорее описание изнанки жизни довольно узкого круга советских граждан, работающих за границей. Тема мелкая, страстишки, которые обуревают моих героев и меня в том числе, смешны и несерьезны и вроде бы недостойны какого-либо описания.

Но из мелочей, как известно, складывается жизнь. Стремления к высоким идеалам и героическим поступкам, о которых почти все мечтают в детстве и юности, здесь нет. И быть не может.

Я – финансовый директор фирмы с замысловатым названием «Советско-западногерманское общество со смешанным капиталом “Ньюполиграф”». Я достиг пика своей карьеры, мне 55 лет и при всей своей тяге к заграничной жизни полностью отдаю себе отчет в том, что это моя последняя загранкомандировка, и пора подводить итоги.

Нет, не итоги всей жизни. А большей части моей сознательной жизни, отданной тому, чтобы попасть на работу за рубеж. А еще точнее – итоги моей работы в Западной Германии.

Но обо всем по порядку. Итак, я сижу у себя в кабинете. Передо мной письменный стол, заваленный папками, и стопочка чистой бумаги. И вот сижу я и пишу, чтобы создать видимость собственной значимости.