Музыки прозрачное крыло. Лирика о музыке и музыкантах

Я влюблена в творца или в его творенье,

Мне это не понять, и все же в звездный час

Та музыка огня звучит и в миг паренья,

Играет Штраус снова, звучи т там белый вальс.

Ночь глуха, как угрюмый Бетховен 10 июля

Ночь глуха, как угрюмый Бетховен,

Звуки тонут в тиши, и искрятся

Рядом звезды, но кто еще вспомнит

Как звучат те сонаты, резвятся

Где-то бабочки, тьму разрезая,

Мотыльки у печали в плену,

Только души в туман улетая,

Так устали стонать и тонуть.

Ничего, что июль на закате,

И врываются в души сомненья,

Нам не хватит, не хватит, не хватит

Этой силы земной для паренья.

Где-то бродит печальная осень,

Приближаясь, опять исчезая,

Мы последние книги приносим

В мир иллюзий, до срока сгорая.

Впереди пустота одичанья,

Изоляций безумная сила,

Ночь глуха, назначая свиданье,

Я его в этот мрак уносила.

Рядом звезды, но кто еще вспомнит,

Как звучат те сонаты, сгорая.

Ночь глуха, как угрюмый Бетховен,

Звуки тонут у самого края…

В темном зале, заполненном музыкой

Памяти клоуна с осенью в душе Леонида Енгибарова

Шут в своей последней пантомиме

Заигрался и переиграл

В.

В темном зале, заполненном

музыкой боли и грусти,

Промелькнули усталые тени

и скрылись в тумане.

И никто не заметил,

но боль вас уже не отпустит,

Кот заставит кружиться,

потом этот Рыжий обманет.

А когда в пустоте только визг

этих треков смолкает,

И меняются пары,

и маски похожи на лица,

Кто-то странный и темный,

очки так небрежно срывает.

И застыла толпа,

и молчит этот вечный убийца.

Что случилось? Вы жизнь

прожигали и были довольны,

Вы читали роман, не грузясь,

и не ждали расплаты.

В темном зале, заполненном

музыкой, не было больно,

Только жизнь растворилась,

однажды исчезла куда-то.

– Ничего кроме секса, —

я снова их слышу невольно,

Только как там во тьме

мы с тобою кота отыскали.

А душа оторвалась от тела,

ей больше не больно,

И назад не вернулась,

но тени повсюду мелькали.

Вы читали роман, не грузясь,

и не ждали расплаты,

Не бедны, не убоги,

за все вы сполна заплатили.

Только этот явился,

так тихо твердит он: – А хватит.

И снимает очки, вам

все кажется, бесы шутили…

И в пенсне у Мерзавца

мелькают знакомые лица.

Я любила и знала их,

только ничто не спасает.