Музыки прозрачное крыло. Лирика о музыке и музыкантах

Шуман отступил, сияла ночь.

Я пыталась записать симфонию.

Чтобы после погрузиться. только прочь

Звуки музыки несутся, листья мечутся,

Ничего от догоревшего огня,

Лунная соната этим вечером,

Обнимала бережно меня…

Музыкальная буря

Было столько светлой боли

В этой музыке рассвета,

Что остались мы с тобою

За чертой, терялись где-то,

И его страданья снова

Расторялдись в наших душах,

Осень Брамса по иному

Захотелось нам послушать

Но печали и потери

Не давали сил подняться,

Шуман, Шуман в самом деле

Или Штраус в ритме танца,

На балу во тьме кромешной

Натыкаясь друг на друга,

Мы исчезли, свет нездешний

Музыки ночная вьюга.

Только «Лунная соната»

Снова довела до дома,

Музыка, мираж, расплата

Чувств и помыслов истома.

К полотну иду в тумане,

Но она не отпускает,

Только звуки не обманут,

В эту бездну увлекая…

Скрипач и Пианист

И в этой мелодии скрыты страдания,

Но свет ее греет, влечет, изливается,

И Лист у рояля, я знаю заранее,

И листья на окна в саду том бросаются,

И осень пока еще все восхитительна,

Ласкает своим и теплом и участием,

И гений в полетах своих обольстительных

Нам всем обещает и солнце и счастье.

Взлетают и тают те звуки, рожденные,

Из света и тьмы, в октябре улетающем,

И слушают девы, навеки плененные,

И в душах рождаются страсти и таинства,

Он скоро отправится в палавнье вечное,

И знает об этом и любит их яростно,

И дамы все грезят, им что-то обещано,

А что и не ясно, уходит безжалостно,

Но в то, что назад не вернется, не верится,

Конечно, вернется и в сны их небрежные,

А музыка рвется в просторы и бесится,

Такая печальная, светлая, нежная.

2.

Грезы любви, прорываясь сквозь сон,

Время иное нам снова явили,

Он Каролиною так увлечен,

Что перепутав событья и стили,

Мчится туда, в суматоху и сон,

Венгрии милой даря свои песни,

И королеве дерзит снова он,

Гению можно, гений воскреснет.

В полночи слушают призраки как

Он оторвется от бренного мира,

И понесется в те дали, в стихах

Слышится музыка звезд и кумира,

И Паганини готов отступить,

Как это будет и больно и сладко,

Если усталому венгру парить

Снова сжигая всю жизнь без остатка.

В полночи слышится стон или звон,

Музыка в шуме печали таится,

И поднимается яростно он,

И ратсворяется, чтоб воплоатиться.