Веру храня в Рассвет

Русь былинная

Душу в себе природу бунтовскую

И время вспять отправить не берусь,

Но до сих пор я о тебе тоскую,

Былинная, языческая Русь!

Ты в жизни, а не только в сказах древних

Осталась ли? – Не ведаешь сама,

Царевна Русь, где в градах и деревнях

Не хижины стояли – терема;

Где хлеб с любовью сеяли на воле,

Трудясь на благо Матушки-Земли;

Где витязи твои на бранном поле

В тяжёлый смертный бой отважно шли,

Гордясь лихой Перуновой породой,

За мзду не продававшейся врагам;

Где каждый жил в согласии с Природой,

И не рабом, а внуком был Богам!

Родная Русь! Шатёр небесной сини

И Солнца лик над древностью Земли,

Ты нас хранишь как дева-Берегиня,

От мороков, пришедших издали…

И сквозь века забвенья, сквозь невзгоды

Ты Света не лишилась своего,

Мы, словно от святого Древа Рода,

Питаемся от корня твоего.

Пей до дна грозовую чашу!

В мутной дымке не зрю Стожары,

Лишь звенят кандалы да цепи.

Пахнут кровью горячей степи,

Застит очи мне дым пожара.

Небеса пожирает пламя,

Грозный Бог гневно хмурит брови,

Не к тебе он взывает – к крови,

Что хранит родовую память!

Чтобы вспомнил далёких дедов,

Не крестом, а мечом крещёных,

Не разбитых, не разобщённых,

Чьи уста знали клич победы!

Звон мечей и Бояна струны

Славят дивную Землю нашу!

Пей до дна грозовую чашу,

Деда вспомнивший Внук Перунов!

Русь Небесная за нас!

Настаёт пора чудесная,

Край подходит злобной мгле.

Скоро, скоро рать небесная

Воплотится на Земле.

Запылала синь безбрежная —

Зоревой встаёт пожар,

Вьются стяги белоснежные,

А на них сверкает Яр,

Мчат ладьи в рассветном зареве —

Правды вещие слова,

Их крылами светозарными

Осеняет Матерь-Сва.

Коли очи сердца чистые,

То увидишь и с Земли,

Как летят по небу быстрые

Наших дедов корабли.

Справно делай дело главное,

А настанет судный час,

Знай: отцы и деды славные —

Русь Небесная за нас!

Владеющая словом животворным

Владеющая словом животворным,

Исполненная духа и любви,

Россия остается непокорной,

Храня для нас сокровища свои.

И сколь бы ни пришлось еще страданья

На долю незавидную Её,

Она стоит в основе Мирозданья,

Неся предназначение своё,

Как золотую шапку Мономаха,

И как терновый горестный Венец.