Во власти мифа. Боги, герои, чудовища

Но разве ты такое выбирала,

Все решено, тогда же почему

Слепая Гера мстить уже устала,

А ты все видишь море, остров, тьму,

Они ушли в леса свои и храмы,

И ты одна пред небом в этот час,

И нет страшнее этой горькой драмы,

Когда они забыли снова нас.

И пыл такой в начале в самом деле

Что голова закружится опять.

Куда же после страсти улетели,

Осталось лишь страдать, в тиши рыдать

Мстит миру Лето, Зевс ее не видит.

Любви вовек не знает Аполлон,

Из леса молча Артемида выйдет,

И рассмеется, взяв кого в полон.

И только ты в пылу и пониманье,

Готова мстить за то, что в этот час,

Он не придет как прежде на свиданье.

– Проклятие, они не помнят нас.

Менелай

Он плывет за царицей во мрак. Предания старины

За сбежавшей царицей несется во тьму Менелай,

И в печали вселенской не будет конца и начала,

Сотрясается мир, и война уже где-то пылает,

Потрясенная Троя пылающий факел встречала.

Долго хмурился Гектор, но больше перечить не мог,

Улыбалась Елена, и воины будут сражаться,

Что еще остается? Печали и неги итог,

Менелая позор в этих лицах чужих отражаться.

Снова ссорится там Агамемнон и грозный Ахилл,

И о чем-то в тиши все просила богов Андромаха,

Только старый Приам поминальный готовил им пир.

И хитрит Одиссей, Менелай замирает от страха.

Сколько примет Аид безрассудных ахейских мужей,

И кого не дождутся домой, им сегодня не ясно,

Но от взора Елены становится в мире светлей,

И просил он вернуться царицу сегодня напрасно.

И сраженный Патрокл вновь бросает их в эти бои.

И поверженный Гектор теперь Менелаю приснится,

Только где-то Елена в тумане небесном стоит,

Скорбно замер Приам, и Парис ничего не боится.

Боги сходятся там, этот рев этот гам, этот смех,

Мрачно смотрит во тьму, и не может дождаться Елены,

О, отвергнутый муж, он ответит когда-то за всех.

За сбежавшей царицей спешит Менелай неизменно.

Царь Минос

На снегу обнаженное тело,

и метель все резвится в тумане,

Это страсть уходила несмело,

И надежда внезапно обманет.

Это в облаке дивной печали

От мороза душа холодела.

Это серые птицы кричали,

Так пронзительно дико и смело.

Сон и явь сплетены воедино,

Мне не холодно больше, жива ли?

На снегу обнаженное тело.

И о чем там вороны кричали.

Грозный Минос на острове дальнем

Ждет в печали афинского принца,

Улетали они, убегали.