Во власти мифа. Боги, герои, чудовища

Но родилась она страшно жадной, ничего с ней сделать не могли боги. Разозлился Зевс и сбросил ее в океан. В проливе она до самого конца и оставалась. И стала в том месте настоящей черной дырой, куда проваливалось все без разбора.

Но если удача была на стороне путешественников, то Харибды можно было легко миновать. Только три раза в день вода поглощалась чудовищем, и выбрасывалась из его пасти назад.

Если знать время, когда это происходило, то можно было проскочить и не заметить ее.

Это удалось сделать аргонавтам вместе с волшебницей Медеей, смог уцелеть во время своего путешествия и Одиссей.

Выражение «Между Сциллой и Харибдой» означает, что человек оказался перед двумя равными опасностями, почти в безвыходном положении.

Как пробраться между двух огней,

Как спастись, и нет пути обратно,

Появился тот ужасный Змей,

Он сожрет героя, вероятно.

А теперь бурлит водоворот,

И его им избежать едва ли.

Только аргонавты этот грот,

Этот ад спокойно миновали

Агамемнон

Любить Елену и метаться где-то

И ждать рассвета, и проклятья множить.

О, Агамемнон – темная комета,

Свети с ума любого нынче может.

И где-то там, где шорохи и звуки

Иных стихий, Париса торжество,

Ахейский царь готовится к разлуке,

И ничего не будет у него.

Пусть злится и лютует Артемида,

Пусть плачет дочь ночами, только он,

Забыв жены упреки и обиды,

В Елену, как юнец, опять влюблен.

Напрасно царь Приам просил пощады,

И Одиссей смеялся в этот час,

Царь Агамемнон больше не прощает,

И нет в той буре света дивных глаз.

Пока в объятьях мальчика Елена,

И Афродита лишь смеется зло,

Наш грозный царь легко и вдохновенно

Опять пытает душу на излом.

И где-то в пустоте иного мира,

Ахилл терзает, и молчит Патрокл,

И больше нет царевича, кумиром,

Забытый и казненный снова смолк.

И в высоте бестрепетного неба,

Все видит он Елены силуэт.

А этот мир прекрасный, был иль не был.

Ему Кассандра в суете побед

Достанется, и месть жены строптивой,

И судят победителей опять.

Уходит в глушь Елена молчаливо,

Как в этой паутине устоять.

Микены примут в пустоте другого,

Но подрастает где-то твой Орест.

А победитель с побежденным снова

Во тьме Аида делит жен, невест.

Когда Аид появится над ними,

Когда Ахилл отторгнет грозный меч,

О чем они так пылко говорили?

Страшна победа и коварна месть.

Много разных царей было в древней Греции.