Во власти мифа. Боги, герои, чудовища

Тогда его братья титаны бились с младшими – богами, и проиграли. Они были за это жестоко наказан.

Только однажды удалось Атланту избавиться от своей ноши, когда на край света за волшебными яблоками пожаловал Геракл.

Сад Гесперид находился недалеко от того места, где оставался Атлант. Там и были яблоки, дарившие богиням красоту и вечную молодость. Раздобыть эти яблоки для царя и послали Геракла.

Герой согласился подержать землю до тех пор, пока Атлант раздобудет и принесет ему яблоки.

Понравилась Атланту свобода. Не хотелось ему взваливать снова на с плечи Землю, но Геракл перехитрил его, забрал яблоки и убежал к царю.

Так и пришлось Атланту оставаться в одиночестве с земным шаром на плечах. Тяжела его ноша, никогда не сможет он от нее избавиться.

Погиб Атлант после того, когда появился легендарный Персей. Атлант не поверил в то, что у него действительно есть голова Медузы Горгоны, взглянул на нее и окаменел.

И нынче мы с вами можем увидеть статуи атлантов и их подруг кариатид на Невском проспекте, они поддерживают каменные своды.

Мир держат на сильный плечах, изнывая,

Века проплывают, и нет им покоя.

Герои и боги, во тьме исчезают,

Атланты стоят в тишине над землею.

Афродита – Венера

Скользит Афродита по темным волнам, улыбаясь,

И дерзкие юноши снова навстречу спешат.

А в мире, где ненависть правит и злобствует зависть,

Богиню любви они вряд ли увидеть хотят.

И Лада заснула, и вдруг отступила Венера,

И даже Иштар не готова с таким примириться,

И лишь Афродита и нынче веселой и первой

Хотела вернуться, чтоб в мире страстей раствориться.

Она столько дней проводила в объятьях Ареса,

Что гнев или ярость сегодня ее не смущают.

Юна и прекрасна, как фея из сказки и пьесы,

В истерзанный мир к нам богиня спокойно влетает.

И странно узнать, и понять нам почти невозможно,

Как быть, если снова она по волнам зашагала,

И парень посмотрит на девушку вдруг осторожно.

И ей улыбнется: – Давай-ка, начнем все сначала.

Она согласится, хотя ничего не ответит,

И там, где Эринния долго и гневно царила,

Скользит Афродита, Земфир – этот ласковый ветер,

Бросает влюбленным, Эрота уже породила.

И грозный Перун отступает, уходит куда-то,

Смущенно и немо пред нею в тумане Ярило.