Пять строф 20 века

Забыто это чудо.

Попытка отыскать не удалась,

как вечером не встретить тайну утра.

Я не ищу! Я не ищу! Сдалась.

Штурман

Сиреневый рассвет

в сиреневой печали,

гранитный парапет

замерзшего причала.

Корабль одинок,

пусты его каюты.

Зарозовел восток,

меняя небо круто.

А штурман не спешил

покинуть дом-таверну,

он девочку смешил,

та робкая как серна.

Был штурман одинок,

но ночь уже в рассвете,

и волосы – ленок

Он уходил, как летом.

Он девочку пленил

своей морской походкой,

и трап под ним кренил,

он шел в каюту ходко.

Полет наваждений

Воздушные замки, иллюзион,

прожекты, мечтания и грезы,

виденья, сказания, как сказок сезон,

несут наваждения в прозу.

Стихи из той прозы растут на глазах

почти с непонятною силой.

Потом все оценишь, как стройку в лесах,

а чувства? Возможно. Да, мило.

Но вот из страданий, что были в груди,

точнее сказать, просто в сердце,

получится опус с названием: "Приди",

а кто-то подумает: "Серо".

Мечты и соблазн, и обрывистость фраз,

всегда лишь мечта неземная.

Сама сознаешь то, что грезы – маразм.

и все же мечтаешь: "Вас знаю".

Полет наваждений, он с нами всегда.

Он словно снежинки порхает.

И любишь, мечтаешь и веришь тогда,

когда наваждение летает.

Настольный теннис

Что такое теннис на столе?

Это просто чудное явление,

держит стол, как будто он в смоле,

можно ощутить его пленение.

Дело в том, что точная игра,

легкие ракетки, белый шарик,

будто бы крючочек у багра,

пыл в игре приходит очень жаркий.

А напротив – только твой партнер,

он своей игрой расскажет притчу

о себе, игре, коль бой остер,

об одежде. Шарик. Стол. И речи.

Поиграй в настольный теннис ты,

поиграй умело – неумело,

отношения будут так просты,

что в любовь ты будешь рваться смело.

Это лучше, что ни говори,

просто разговоров и прогулок.

Так дерзай ракеткой и твори.

Шарик, звук, бросок, а зал так гулок!

Граф

Вы мысленно меня влечете вновь,

и кровь моя бурлит, бушует кровь.

Пока же только стопка чертежей,

меж нами ходит в кольцах виражей.

Потом сказали: «Это вот исправь».

Да, Вы в работе нашей просто граф.

И так же благородны и грустны,

и Ваши фразы искренне просты.

Один сегодня князь и граф, и царь,

как будто время возвратилось в старь.