Какое счастье быть красивой женщиной

Я буду ждать"…

Тихо мобильник в солдатской ладони пискнет –

пальцы сжимают непрочную связи нить:

"Слышишь? Вернусь! Только, знаешь, не надо письма –

Долго идут… Постарайся, роднуль, звонить…"

Женщине-воину сложно остаться дома

Женщине-воину сложно остаться дома

хоть ненадолго – на день хоть один/на час,

если любимый (да что там – и незнакомый)

в этот момент от врага охраняет нас.

Дома остались трусливо чужие дяди –

женщина-воин по минному полю в ночь

едет к своим, что врагу не сдадут ни пяди –

страшно, конечно, но надо же им помочь.

Каждому воину вручит она подарки:

тёплые вещи, обувку, конфеты, чай,

доброго слова ей ни для кого не жалко,

каждому скажет – вернусь ещё, не скучай.

В этих глазах навсегда поселились смерти –

близких ли, дальних ли – чёрной стоят стеной,

но перед женщиной-воином вдруг как дети

светятся, свёрток к груди прижимая свой.

Женщина-воин устала, но, слёзы пряча,

по бездорожью везёт драгоценный груз.

Гуманитарку. Солдатикам. Это значит –

мы победим. Даже если нескоро – пусть.

Я хочу, чтоб точно знал и верил ты в любом бою

Я хочу, чтоб точно знал и верил

ты в любом бою, в любой дороге:

я тебе всегда открою двери,

не заставив мяться у порога,

не пытая, где ты был так долго –

жив и слава Богу, будешь ужин? –

я хочу, чтоб ты в любой дороге

свято верил в то, что ты мне – нужен.

Я тебе секрет шепну – ты слушай:

ту, кого не называют всуе,

наши, Богом связанные души

не особенно интересуют,

Дан ей сверху план – она и косит

всех подряд почти, не разбирая,

"Есть дела несделанные?" – спросит –

"Много!" – говори ей, умирая, –

"Важных много дел на этом свете –

будут и на том меня тревожить"…

Чёрт с тобой, – она тебе ответит, –

делай, за тобой приду попозже…

Женщина-воин устало сложила латы

Женщина-воин устало сложила латы,

в землю воткнула вдруг ставший ненужным меч:

и для себя хоть немного пожить когда-то

надо – не только границы свои стеречь.

Спать – не в землянке, а в чистой сухой постели,

платье – из шёлка, не робу из грубых кож

следует дамам – устала, и неужели

мир этот странный лишь только для войн и гож?

Все надоели и поводы и причины

междоусобицам глупым, и наплевать:

если война, пусть воюют теперь мужчины –

женщинам надо любить, а не воевать.