Театр одного актёра

– Какого?

– На ваш вкус.

Она кивнула и посмотрела на Элиота.

– Мне повторите, пожалуйста, имбирный чай.

Девушка записала.

– Ну и какие плоды? – спросил я, когда она ушла.

– В общем, у меня родилась теория.

– Да ну! И какая?

– Только обещай, что не будешь смеяться?

– Обещаю.

– Я думаю, что наш мир – иллюзия.

Он сказал это мне таким тоном, словно сделал открытие.

Я улыбнулся и заметил:

– Ты медитировал, чтобы получить знание, которое и так все знают? Ещё Будда говорил об этом.

– Будда говорил не про это. И он говорил не про наш мир.

Я нахмурился:

– Не совсем понимаю.

– В общем, мне кажется, что наш мир создан для одного человека. Если разом всех убить, то в живых останется только он.

– Разом всех? Ты в своём уме? Как можно убить всех разом?

– Очень просто. На самом деле достаточно умертвить жителей этого города.

Официантка принесла наш заказ, разгрузила всё с подноса на стол и ушла.

– Почему? – не мог я понять.

– Потому что всего остального мира не существует.

Я налил лимонад в стакан и отпил.

– Тот самый главный человек, он обитает в этой локации. Значит, тут всё в кавычках реально, а вне этого города ничего нет.

– Я, конечно, тебя уважаю, Элиот, но извини, а как же моя, да и не только моя, поездка в другие страны?

– Это всё галлюцинации. На самом деле никто никуда никогда не уезжает.

– И телевизор, где передачи рассказывают о других странах и городах, тоже иллюзия? – не соглашался я.

– Конечно. Именно благодаря телевизору и создаётся впечатление, что мир вне этого города существует, а на самом деле это совсем не так!

Я смотрел на друга и думал о том, что его чудаковатость приобретает настораживающие симптомы.

– Не смотри на меня как на сумасшедшего, – обиделся он.

– Прости, просто как-то в голове не укладывается. Но хорошо, допустим, ты прав. Что за главный человек? Кто он?

– Для того чтобы вычислить его, мне и нужно умертвить всех людей, которые находятся в этой локации.

Я вздохнул:

– Допустим, у тебя получится, что ты будешь делать дальше?

– Пока мне достаточно убедиться в том, что я прав насчёт иллюзорности мира. Просто я как будто помню свои прошлые жизни, и они не сильно друг от друга отличаются. Разве что…

– Что?

– Не важно.

– Хорошо, – сказал я, – убедишься ты, что мир иллюзия, дальше что?

– Дальше я попытаюсь выбраться отсюда.