Terra Insapiens. Книга первая. Замок

У него были длинные волосы, нос с горбинкой и лёгкая щетина на подбородке. Молодой человек был одет в серую, застиранную футболку, которая когда-то была белой. На спине ещё можно было разобрать надпись в две строчки: «People are strange when you're a stranger». Остальную часть гардероба составляли такие же застиранные, потёртые джинсы и поношенные кроссовки.

Он явно был чем-то занят и, обернулся на входящих с чувством раздражения на то, что его отрывают от важных дел. Впрочем, едва увидев Еву, он широко улыбнулся и прокричал:

– Привет, моя королева!

Девчонка кинулась ему на колени, едва не уронив ноутбук, который Паскаль придержал одной рукой.

– Осторожнее, красотка! Ты так мне всё угробишь.

– Слушай, – какой я сон сегодня видела! Помнишь, ты мне читал сказку про снежную королеву? Так я её видела во сне. Она оказалась совсем не злой и не холодной.

Артур разглядывал комнату, чувствуя некоторую неловкость.

– Да, познакомься! Это новенький, – сказала Ева. – Его зовут – Артур.

Паскаль внимательно посмотрел на него, просканировал взглядом, и слегка кивнул.

– Так вот, я тебе расскажу свой сон!

Ева увлеклась, Паскаль терпеливо слушал.

– Мы катались в санях, запряжённых оленями, по хрустящему снегу. Было так весело, но я замёрзла. Тогда она взмахнула рукой, и я оделась в тёплую шубу. Я поняла, что она добрая… Когда я проснулась, мне стало её жалко. Она любила Кая. А Герда его у неё отняла. Я представила, как она возвратилась в свой холодный, пустынный замок, и увидела на ледяном полу слово «вечность».

Паскаль улыбнулся.

– Ну что ты, глупенькая. Она найдёт себе нового Кая. Она не будет одна.

Ева задумалась, наклонив голову.

– А вечность – это очень долго?

Теперь задумался Паскаль.

– Как тебе сказать?.. Вечность – это время, которое тебе понадобится, чтобы ложкой вычерпать океан.

– Океан?! Ложкой?

Ева широко раскрыла глаза.

– Это очень долго! Если бы ещё ведёрком – и то долго, а ложкой…

Она безнадёжно махнула рукой.

Ева продолжила рассказывать свой сон. Артур разглядывал картины, висящие на стене. Это были репродукции: «Крик» Эдварда Мунка и «Отчаяние» Густава Курбе.

В дверь постучали, и какой-то человек заглянул внутрь.

– Ева, ваш отец зовёт вас на завтрак.

Ева, не глядя, отмахнулась.

– Я не хочу. Я приду попозже.

Человек настаивал.

– Ева, я не уйду без вас. Вы знаете, что ваш отец будет сердиться.