Люди и чудовища. И прибудет погибель ко всем нам, ч. 1–2

– Мы решили поехать с вами! – воскликнул Николай. Брат толкнул его в бок.

– Я, как наследник и будущий король, должен изучать традиции своего народа. Поэтому счел нужным свое присутствие на ритуальной ночи. Через полсотни лет, когда я буду восседать на троне, мне придется самому проделывать этот обряд, – сказал Константин, а сам весь покраснел.

– Сомневаюсь, что через пятьдесят лет править Феверией будешь ты, – сказал Ярослав. – Но хорошо. Если вы оба так хотите, можете присутствовать на ритуальной ночи.

Детей усадили в самый конец колонны из повозок.

– Противные эти старикашки, – сказал Николай. – «Сомневаюсь, что ты будешь править через пятьдесят лет!» Будто он будет. Еще пару лет и издохнет. Неужели и мы, когда вырастем, станем такими же?

– Ха, – сказал Константин. – Надеюсь, нет. Я придумал! Запрещу стареть своим королевским указом. Будет здорово. Все останутся молодыми, и никому не придется быть вредными.

– Не стареют только ведьмы и вампиры. Хочешь разрешить магию? Можно еще тогда разрешить воровство и убийства.

– Остынь. Я не то имел в виду. Неужели нельзя без магии не стареть?

– Не-а.

Они ехали несколько часов. Стемнело. Мальчики мирно спали, когда колонна остановилась.

Люди выходили из повозок. Было тихо, но всё же Костя, объятый непонятным страхом, проснулся. Он открыл глаза и взглянул в окно. Снаружи мальчик заметил людей в черных одеяниях. Было жутко. Костя уезжал из дворца с отцом, его свитой и слугами, здесь же стояли безликие, безмолвные.

– Проснись, – шептал он Коле и тормошил его, но так, чтобы демоны не услышали. – Проснись.

– Чего тебе?

– Они начинают.

Коля тут же вскочил и высунул голову из окна, но Костя затащил его обратно. Мальчики завороженно уставились на страшное представление.

Сначала люди в черных капюшонах встали в круг. И стояли так долго – уже начинало казаться, что они не живые, а каменные и всегда находились на этом месте.

Тут в середине кружка вспыхнуло пламя. Костя вздрогнул от внезапно нахлынувшего холода. Один из безликих взял огонь в руки и передал его другому безликому. Кажется, с помощью свечей. Вскоре у каждого из людей в круге горел огонь. Свет пламени освещал их носы и запястья, но не лица.