Председатель

Стоило мне добраться до тропинки, ведущей к трактору, как идти стало заметно легче. Толпа мужиков уставилась на меня, а Светлана то и дело прыгала с одного сидения на другое, пытаясь найти место почище. Женщина попросила водителя сдать немного вбок и всё-таки выбралась из автомобиля.

– День добрый, – обратился к главному механику я.

– Тьфу, москвичи… – ответил он и со всем уважением плюнул мне под ноги, а толпа работяг и вовсе подхватили его высокомерное поведение, подкидывая колкие словечки в мой адрес.

– Вы, так понимаю, Кондрат Андреевич Смирнов, верно? – невозмутимо продолжил я.

– Он самый. Смотрю уже наслышаны, впрочем, оно и неудивительно, – рассмеялся тот мне в ответ.

Взрослый мужик, а такое дерзкое поведение, как у невоспитанного детсадовца. А ведь ему точно за пятьдесят.

– Конечно наслышан. Ваше имя у многих на устах! Механик, который не смог, – улыбнулся я.

Кондрат Андреевич тут же вспрыгнул с сена и подошёл ко мне, злобно прошептав:

– А что ты, москвич вылизанный, умеешь делать? Только языком трепать вас и учат! Напоминаю тебе, ты здесь чужой, и тебе никто не рад!

– К сожалению для вас, я здесь надолго, – лучше сразу развеять его надежды.

Я окинул трактор взглядом. Бесспорно – это ДТ 20, вот только в очень «уставшем» состоянии. У моих будущих подчиненных видимо редкий талант гробить технику раз они довели до такого состояния этот в сущности простой трактор.

– Да сколько таких как ты приезжало, знаешь? И на сколько вас хватает? Прошлый через неделю уже рвался в Москву, чуть ли не на своих двоих дёру дал, но он хотя бы не был сопляком, как ты! – закричал Кондрат.

Стоило Светлане подойти к нам, как горе-механик тут же успокоился, стараясь не проявлять свой бурный нрав.

– А что такое, почему работа стоит? – поинтересовалась женщина.

– Так перерыв на обед же, – ответил за всех Кондрат.

– На обед, говоришь, – посмотрел на небо я, – а как по мне, так еще утро.

– Как же я могу с москвичом спорить, – усмехнулся Кондрат, – вы ведь лучше местных жителей время определить можете.

Я поднёс руку к груди и обнажил часы. В толпе послышалось перешёптывание, а несколько человек так вообще подошли ко мне «поглазеть» на часы.

– Ра-ке-та, – прочитал надпись на часах старичок, – вот так вещь!

– Десять утра и ровно двадцать три минуты. Интересное время для обеда, – уставился на Кондрата я.