Игрок

– Эти граждане сами – карточные шулера, – вступает в бесполезный спор Бубун.

– В этом компетентные органы разбираться будут, – отвечает сержант, – когда мы вас с поезда снимем и на станции им передадим.

Угроза прозрачная, как слеза. Статьи за шулерство в Уголовном кодексе нет. Нельзя организовывать притон, а вот обыгрывать в карты сограждан можно сколько угодно. Так что, будь мы настоящими каталами, нас бы после разбирательств отпустили. Хрен знает где, отставших от поезда без вещей и денег.

– Да чего ты с ними цацкаешься?! – подаёт голос второй, – где-то я видел эту рожу, – он тычет пальцем в Бубуна, – похоже, в розыске он!

– Вы не имеете права! – не выдерживает такого панибратства Бубун, – я депутат Верховного Совета СССР!

– А я маршал Будённый, – смеётся Егоров, – пройдёмте, граждане!

Далее ситуация развивается стремительно. Бубун встаёт и пытается дотянуться до пиджака. Сержант резко толкает его обратно. Хрен его знает, что ему приходит в голову.

«Агента под прикрытием» из винодела не выходит, и это приводит к совершенно неожиданной вспышке насилия. Я не, не ожидая такого расклада тоже вскакиваю с места. Старшина Нечипоренко резко бьёт меня кулаком. Стукаюсь башкой о стенку и отключаюсь.

* * *

– Очухался? – спрашивает Бубун. – Голова как?

– Вроде цела, – я трогаю затылок.

Там набухает здоровенная шишка, но крови нет.

– Давно я так?

– Минут десять.

Башка побаливает, но тошноты нет. Значит, обошлось без сотрясения. Осторожно оглядываюсь, чтобы не усугубить своё состояние резкими движениями.

Никакого карцера или «обезьянника» в поезде, естественно, нет. Нас посадили в пустое купе, заваленное узлами с постельным бельём и штабелями жёстких как наждак одеял.

А ты молодец, – уважительно говорит Бубун, – сразу эту падаль раскусил. И заступаться сразу полез, не сдрейфил.

И раздавит. Именно поэтому я и привлёк товарища депутата ко всей этой операции. Это меня и менты, и начальник поезда могли смело слать нахер, несмотря на писательскую корочку. А вот обладатель маленького, но очень значимого значка депутата Верховного Совета это совсем другая величина.

Бубун в принципе неподсуден. Депутатская неприкосновенность.