Душенька

Такая, Душенька, была твоя прослуга

Как весь цитерский мир и вся его округа

Тебя особо обожали

И все к тебе бежали

Твое умножить торжество.

Соперницы своей не знала ты – печали!

Веселий, смехов, игр собор,

Оставив прелести Венеры,

Бежит толпою из Цитеры.

Богиня, обтекая двор,

Куда ни обращает взор,

Не зрит ни жертв, ни фимиамов;

Жрецы тогда стада пасли,

И множество цитерских храмов

Травой и лесом поросли.

Сады богини сиротели,

И дом являл опальный вид,

Зефиры изредка свистели:

Казалось ей, свистели в стыд

Непостоянные амуры,

Из храма пролетая в храм.

К унылой пустоте – натуры

Не возмогли привыкнуть там

Оттуда все лететь хотели,

И все вспорхнули, возлетели

За Душенькою в новый путь

Искать себе свободной неги,

Куда зефиры стали дуть,

Куда текли небесны беги.

Оставших малое число,

Кряхтя под игом колесницы

Скучающей своей царицы,

Везде уныние несло.

Не в долгом времени, по слухам

Узнала наконец богиня красоты,

Со гневом пребезмерным

Причину вкруг себя и скук и пустоты.

Хоть Душенька гневить не мыслила Венеру

К достоинствам богинь имела должну веру

И в поступи своей всегда хранила меру,

Но вскоре всем хулам подвержена была.

Притом злоречивые духи,

О ней худые сея слухи,

Кривой давали толк на все ее дела;

И кои милостей иль ждали, иль просили,

Во угождение богине доносили,

Что будто Душенька, в досаду ей и в зло

Присвоила себе цитерских слуг число;

И что кому угодно

В то время мог солгать на Душеньку свободно.

Но чтобы делом месть

Над нею произвесть,

Собрав Венера ложь и всяку небылицу

Велела наскоро в дорожну колесницу

Шестнадцать почтовых зефиров заложить,

И наскоро летит Амура навестить.

Читатель сам себе представит то удобно,

Просила ли его иль так, или подобно,

Пришед на Душеньку просить и доносить:

«Амур, Амур! вступись за честь мою и славу,

Яви свой суд, яви управу.

Ты знаешь Душеньку, иль мог о ней слыхать:

Простая смертная, ругаяся богами,

Не ставит ни во что твою бессмертну мать:

Уже и нашими слугами

Осмелилась повелевать

А в областях моих над мной торжествовать;

Могу ли я сносить и видеть равнодушно,

Что Душеньке одной везде и все послушно!

За ней гоняяся, от нас отходят прочь

Поклонники, друзья, амуры и зефиры,

И скоро Душеньке послушны будут миры.