На дне моего океана

Чокнутая какая-то, нашла, к кому привязаться:

– Ты с девушкой поссорился, да? Ничего, обязательно всё наладится. Выше…

– Отвяжись.

– Что?

– Пожалуйста, отвяжись!

– Да ладно тебе, ну у меня что, такого не было? Ты хороший, я вижу. Она тебя обязательно простит. Просто позвони ей вот прямо сейчас, ну или хоть напиши, – не унималась девчонка. Кит попытался ускорить шаг, но она резво бежала за ним следом, продолжая нести свою псевдожизнеутверждающую чепуху. Тогда он остановился, развернулся – она на него едва не налетела – и очень, очень сурово потребовал заткнуться.

– Я знаю, о чём говорю, – не слушая его и даже не обижаясь на грубый ответ отвечала девчонка.

– Ты не знаешь.

– Спорим?

– Нет у меня никакой девушки. У меня умерла мама.

Кит от себя не ожидал, что может вот так вот запросто это сказать, ещё и незнакомому человеку на улице, но теперь он снова шёл вперёд, и за ним больше никто не бежал. Он почувствовал какой-то извращённый триумф, злую радость от того, что своей бедой смог осадить человека.

Впрочем, ненадолго: противно вибрируя, в кармане зазвонил телефон. Лена, конечно, кто же ещё?

– Алло?

– Никита, ты где?! Проспал? Или не пытался даже прийти?

– Я вышел из дома.

– И где ты?

– Какая тебе разница, а? Я вышел из дома, ты не этого разве хотела? – огрызнулся Кит, идя в наступление.

– Я хотела, чтобы ты явился в университет.

– Зачем? Никому нет дела до того, есть ли я в университете. Никто меня там не ждёт, да и было бы глупо ждать: расхотел получать образование – моё дело.

– Ох, да иди ты к чёрту, знаешь! – слова о том, что «никому до него нет дела», здорово задели Лену. Хотя бы потому, что ей дело было, и она уже какой день проявляла это всем своим видом. – Я тебе просто напомню, что твоя жизнь ещё не кончилась, и если ты решил пустить её под откос, то сними сначала с других ответственность, которую они за тебя несут… Если тебе плевать на себя, подумай о том, что я за тебя отвечаю перед учебной частью.

Кит бросил трубку и убрал телефон в карман; он совсем не был настроен слушать чужую истерику. Если у кого-то и были реальные проблемы, то этот кто-то – он, и просто свинство пытаться перевести стрелки. «Ты даже не представляешь, как мне плохо», – думал он, пиная ботинками снег.

Телефон прожужжал SMS-кой. Лена писала: «Завтра жду в универе. Либо с головой, либо с заявлением на отчисление.