Давид Сасунский

Тогда Санасар сказал:

– А ну-ка, мастер, натяни нить и покажи, куда камни класть. Я каждый камень положу на место.

Вот так и воздвигли они крепость. Ствол на ствол возносили, столб на столб громоздили. Целый год трудились, через год выстроили крепость. А построив крепость, построили церковку.

– Ну хорошо, – сказал Санасар, – крепость мы возвели, а как нам назвать ее?

– Как хочешь, братец, – отвечал Багдасар. – Строить было нашим общим делом, а назвать – дело твое.

Братья прохожих останавливали.

Поутру Санасар вышел пройтись. Смотрит: седой старик землю пашет. Взял Санасар старика за руку и сказал:

– Не бойся, дедушка! Пойдем к нам в гости.

Пошли. Санасар угостил старика, побеседовал с ним. Наконец спросил:

– Дедушка! Ты знаешь, зачем я тебя к нам привел?

– Эх, молодо-зелено! Почем же я знаю, зачем ты меня привел?

– Ну так вот, – сказал Санасар. – Мы эту крепость только что построили, а назвать еще не назвали.

– Вот что, сынок, – промолвил старик. – Сейчас темно, завтра утром встанем, я погляжу на вашу крепость и подходящее название для нее подыщу.

На рассвете взвалил Санасар старика себе на плечи и понес вокруг крепости: вынес из восточных ворот, а вечером к тем же воротам принес.

– Что скажешь, дедушка? – спросил Санасар.

Старик опять в изумлении поглядел на крепость, на ее скалистые стены, что уступами поднимались ввысь, на клиновидные башни, посмотрел-посмотрел и сказал: – Ну, храни вас господь! Знать, сила у вас богатырская, коли вы эти дикие, эти яростные скалы взнесли, коли вам удалось эти огромные – эти сасунские камни поднять, столб на столб взгромоздить.

Обрадовался Санасар:

– Стой, дедушка! Больше – ни слова! Имя нашей крепости будет Сасун, имя страны – Сасунское царство.

Конёк Джалали и меч-молния

Как достроили, докончили крепость, Санасар обратился к брату:

– Багдасар! Пойдем к морю, доброго коня добудем.

Санасар сказал:

– Пойдем прямо по морю и увидим, тонет человек в воде или нет. Багдасар отказался:

– Нет, брат. Мне жизнь дорога. Я в море не кинусь.

– Ладно. Ты подожди тут, а я пойду.

И вот по воле божьей расступилась вода. Санасар увидел перед собой сухое дно, Багдасар видел перед собой воду.