Семь Чудес Рая

– Третье Чудо Рая известно тебе очень хорошо, мой любознательный Адам, – без предисловий продолжил мое путешествие седовласый проводник.

– Надеюсь, оно будет с гастрономическим оттенком? Я, признаться, проголодался, – пошутил я.

– Именно, – ответил старик, – речь о Яблоке Познания.

От удивительного совпадения я хмыкнул.

– Можешь не напрягать свои, к слову сказать, скромные, умственные способности, – Яблоко похоже на обычное яблоко.

Я представил себе Райские Кущи, полные невиданных древ, разноликих цветов, ароматизирующих все вокруг, густые, высокие травы, скрывающие живность красоты неописуемой, ручьи прозрачных вод, кишащих рыбой, спорящей друг с дружкой раскраской и оперением, и среди этого божественного великолепия – обычная крюкорукая яблоня с плодом, не отличающимся ничем от земного собрата.

– Скучновато, – буркнул я.

– Дело не в форме, – ободряюще произнес мой гид.

– А в содержании, – закончил я фразу.

– Не угадал, – развеселился старик, да так, что захлопал в ладоши.

– В чем же тогда?

– В целеполагании, дорогой Адам, в це-ле-по-ла-га-нии.

– В таком случае прошу вас быть по-точ-нее, – собезьянничал в отместку я.

– Пожалуйста, – улыбаясь, продолжил мой собеседник. – Плод на ветке – нетронутая Истина, непознанная, но существующая Суть чего-либо. Если угодно, муравей видит чугунную форму орудия, но не имеет представления о ее весе.

Сорванный плод определяет границы добра и зла, высвечивает дуальность мира. Муравьишка уперся в бок мортиры, но безрезультатно – значит, это тело отличается от травинки, что давеча, легко закинув себе на спину, он притащил в свое жилище.

Надкушенное яблоко вскрывает суть, наполнение и вкус, а если яблоко отравлено, – еще и агрегатный переход в другое состояние.

– А что с муравьем? – спросил я, чтобы выиграть время и осознать сказанное.

– Попробовав мортиру на зуб всеми шестью лапками, насекомое теряет интерес к объекту, ему непостижимому (в нашем случае недвижимому и несъедобному).

Я задумался: значит, чтобы познать истину, ее нужно обозначить для себя.

– Сорвать с ветки, – старик словно услышал мои мысли, – отделить от Всеобщей Материнской Истины, а затем…

– Надкусить ее, – явно голодным голосом вставил я.

– Расщепить на составные части, попробовать на вкус, охватить сознанием кусочек, если не хватает сил на целое, – закончил старик.

– И чудо заключается в том, что человек может постичь таким образом любую тайну Вселенной, – воскликнул я возбужденно.