Домби и сын

М-ръ Домби, никогда не любившiй своей дочери, небрежно поц?ловалъ ее въ лобъ, и сд?лалъ наставленiе, чтобы впредъ она не см?ла выходить изъ дому съ нев?рными слугами. М-съ Чиккъ прервала на минуту плачевныя собол?знованiя относительно испорченности челов?ческой природы, не ум?вшей идти по стезямъ доброд?тели даже по поводу "Благотворительнаго Точильщика", и встр?тила свою племянницу важными прив?тствiями, подобающими истинной Домби. Миссъ Токсъ настроила свои чувствованiя на этотъ же ладъ. Только одна Ричардсъ, виноватая Ричардсъ, облегчила свое сердце радостными восклицанiями и слезами, и сп?шила расц?ловать милую малютку.

– Ахъ, Ричардсъ, – сказала м-съ Чиккъ съ глубокимъ вздохомъ, – неблагодарность чернаго сердца никогда не доведетъ до добра! Что вы темерь станете д?лать?… A не было бы вс?хъ этихъ н?прiятностей, если бы вы ум?ли вести себя приличнымъ образомъ въ отношенiи къ младенцу, который теперь, по вашей милости, долженъ лишиться своего естественнаго пропитанiя!

– Б?дное, б?дное дитя! – прошептала жалобнымъ голосомъ миссъ Токсъ.

– Если-бы я на вашемъ м?ст?, – торжественно сказала м-съ Чиккъ, – была такъ неблагодарна, мн? бы показалось, что платье "Благотворительнаго Точильщика" задушить моего сына, a воспитанiе развратитъ его.

М-съ Чиккъ не подозр?вала, какая убiйственная правда выходила изъ ея устъ. Форменное платье уже порядкомъ начинало душить несчастнаго Тудля, a воспитанiе покам?стъ ограничивалось палочными ударами съ одной стороны, и бол?знешшми стомами – съ другой.

– Луиза – сказалъ м-ръ Домби, – н?тъ надобности продолжать этихъ зам?чанiй. Женщина получила деньги и отставлена отъ должности. Ричардсъ, вы оставляете этотъ домъ, потому что осм?лились уйти съ моимъ сыномъ – слышите ли? съ моимъ сыномъ, – м-ръ Домби съ особой выразительностью произнесъ эти два слова, – въ такой притонъ и въ такое общество, о которомъ нельзя подумать безъ содроганiя. Что же касается до приключенiя съ Флоренсой, я считаю его въ н?которомъ смысл? счастливымъ и благопрiятнымъ обстоятельствомъ, потому что безъ него никогда бы не узналъ вашей вины, между т?мъ какъ теперь вы сами принуждены были разсказать обо всемъ.