Домби и сын

Огонь въ его глазахъ, черты лица, голосъ, какимъ онъ говорилъ, казалось, совершенно ослаб?ли и потухли вм?ст? съ силами духа, сокрушеннаго изнурительными заботами. Онъ од?ть былъ очень прилично въ простое черное платье, которое, гармонируя съ общимъ характеромъ его физiономiи, какъ будто сплющилось и съежилось на его неподвижныхъ членахъ, и отъ этого вся фигура съ ногъ до головы становилась еще мрачн?е и печальн?е.

И между т?мъ его симпатiя къ пылкимъ стремленiямъ и надеждамъ молодаго сердца, по-видимому, вововсе не потухла вм?ст? съ другими силами души.

Онъ смотр?лъ на важную, озабоченную физiономiю мальчика съ необыкновеннымъ участiемъ, и въ глазахъ его заискрилось невыразимое безпокойство и состраданiе, какъ ни старался онъ скрыть эти чувства. Когда Вальтеръ, окончивъ разсказъ, спросилъ его насчетъ Флоренсы, онъ посмотр?лъ на него съ такимъ многозначительнымъ выраженiемъ, какъ будто читалъ приговоръ судьбы на его лиц?, печально противор?чившiй съ его настоящимъ положенiемъ.

– Что вы мн? присов?туете, м-ръ Каркеръ? – сказалъ Вальтеръ весело улыбаясь. – Вы всегда мн? подаете хорошiе сов?ты, когда разговоритесь, хоть это бываетъ очень р?дко.

– Вашт планъ не дуренъ! – сказалъ м-ръ Каркеръ, посматривая поперем?нно то на Вальтера, то на Флоренсу.

– М-ръ Каркеръ! – сказалъ Вальтеръ, озаренный великодушною мыслью. – Мы вотъ какъ устроимъ; Вы пойдете къ м-ру Домби и принесете ему радостную в?сть; a мы станемъ дожидаться y дядюшки.

Это будетъ очень недурно. Ступайте же!

– Мн? идти? – возразилъ Каркеръ.

Вм?сто отв?та м-ръ Каркеръ кр?пко пожалъ мальчику руку, пожелавъ ему добраго вечера, и, рекомендуя д?йствовать скор?е, посп?шно пошелъ своей дорогой.

– Экой чудакъ! – сказалъ Вальтеръ, сл?дя глазами за удаляющимся старикомъ. – Теперь намъ съ вами, миссъ Домби, поскор?е надо идти къ дядюшк?. A вы слышали что-нибудь отъ своего папеньки о м-р? Каркер? младшемъ?

– Н?тъ, – наивно отв?чла д?вочка, – папенька говоритъ со мной очень р?дко.

– Ахъ, да! Т?мъ стыдн?е для него, думалъ Вальтеръ, пристально вглядываясь въ страждущее личико своей спутницы. Потомъ онъ съ безпокойствомъ и ребяческою живостью началъ озираться во вс? стороны, чтобы найдти предметь для новаго разговора, и когда Флоренса, въ эту самую минуту, опять обронила несчастный башмакъ, онъ вызвался донести ее на рукахъ къ дому своего дяди.