Домби и сын

– Потрудитесь скор?е внести ребенка, – ска залъ сторожъ, отворяя церковную дверь.

– Въ могилу? – могъ бы спросить маленькiй Павелъ вм?ст? съ Гамлетомъ, – такимъ холодомъ и сыростью пов?яло изъ церкви! Большая зав?шенная ка?едра и покрытый налой, страшные ряды порожнихъ скамеекъ, угрюмыхъ галлерей, возвышавшихся до самаго потолка и пропадавшихъ въ т?ни огромнаго нахмуреннаго органа, пыльныя рогожи и холодный полъ, вымощенный каменными плитами, пустые стулья въ переднихъ углахъ и страшная сырость въ заднемъ углу, гд? стояли катафалки, гробовыя носилки и н?сколько лопатъ, корзинъ и кое-какой дряни, перевязанной гробовыми веревками, странный, неестественный запахъ и погребальный св?тъ: такова была англiйская церковь, гд? собирались совершить священный обрядъ.

– Теперь y насъ свадьба, сказалъ сторожъ, – но ее сейчасъ кончатъ. Не угодно ли вамъ пожаловать въ прид?лъ?

При этихъ словахъ, показывая дорогу въ прид?лъ, сторожъ поклонился м-ру Домби съ легкой улыбкой, давая знать, что уже им?лъ честь познакомиться съ его милостью при похоронахъ его супруги, и над?ется, что съ т?хъ поръ почтенный джентльменъ былъ въ добромъ здоровьи.

Физiономiи новобрачныхъ отнюдь не обнаруживали пламенныхъ восторговъ удовлетворениаго сердца, и вся свадебная процессiя им?ла необыкновенно печальный видъ. Нев?ста была очень стара, женихъ очень молодъ; какой-то устар?лый франтъ, съ однимъ настоящимъ и другимъ подд?льнымъ глазомъ, велъ молодую. Вся компанiя дрожала отъ холода. Въ прид?л? дымился огонь, и старый дьякъ "наводилъ справку", ощупывая пальцемъ огромные листы фолiанта, исписаннаго именами покойниковь.

Надъ каминомъ вис?лъ планъ церковныхъ склеповъ, и м-ръ Чиккъ, б?гло читая вслухъ реестръ усопшихъ и погребенныхъ особъ, невзначай произнесъ также и имя Фанни.

Черезъ н?сколько минутъ явился староста, низенькiй, худенькiй старичекъ, одаренный сильной одышкой; онъ почтительно поклонился и доложилъ, что купель приготовлена. Однако-жъ все еще должно было дожидаться, пока записывались свадебные свид?тели, и между т?мъ угрюмый, задыхавшiйся староста ходилъ взадъ и впередъ и безпрестанно кашлялъ, частью отъ слабости, частью для того, чтобы напомнить о своей особ? жениху и нев?ст?, выходившимъ изъ церкви.

Потомъ пришелъ пономарь, единственное веселое лицо во всей церкви; онъ принесъ кружку теплой воды и пробормоталъ, что не м?шало бы напередъ согр?ть купель, хотя очень хорошо зналъ, что купель не нагр?ютъ теперь и миллiоны ведеръ кипятку.