Домби и сын

– Ну, теперь раскажи-ка намъ про свой торговый домъ! – прибавилъ Соломонъ Гильсъ.

– О, дядюшка, про него нечего много разсказывать, – отв?чалъ мальчикъ, усердно работая ножемъ и вилкой, – контора ужасно темна и угрюма; въ той комнат?, гд? сижу я, – высокiй каминъ, жел?зная касса, н?сколько картъ, календарь, пюпитры, стулья, чернильница, книги, коробки и пропасть паутины, такъ что одна густая гряда прямехонько виситъ надъ моей головой.

– И больше ничего? – спросилъ дядя.

– Ничего, кром? старой кл?тки, – не знаю, какъ она туда попала! – да еще корзинки съ углями.

– A счетныя, вексельныя, долговыя книги и другiя принадлежности коммерческихъ оборотовъ богатаго дома? – сказалъ старикъ, внимательно взглянувъ на племянника сквозь туманъ, постоянно помрачавшiй его глаза, и придавая особенное выраженiе словамъ.

– О, этого добра я думаю, очень много, – отв?чалъ безпечно мальчикъ, – но в?дь все это лежитъ въ комнатахъ м-ра Каркера, м-ра Морфина или м-ра Домби.

– Былъ сегодня въ контор? м-ръ Домби? – спросилъ дядя.

– О, да! Онъ очень часто приходилъ и уходилъ.

– Съ тобой, разум?ется, ничего не говорилъ?

– Н?тъ, говорилъ. Проходя мимо меня – какой суровый, жестокiй челов?къ! – онъ сказалъ: – "а, ты сынъ м-ра Гильса, мастераморскихъ инструментовъ?" – Племянникъ, сэръ, – отв?чалъ я. – "Ну, да, любезный, я и говорю, племянникъ", – возразилъ онъ. A право, дядюшка, онъ назвалъ меня твоимъ сыномъ, a не племянникомъ.

– Ты ошибся, мой другъ, – вотъ и все. Да впрочемъ небольшая б?да.

– Конечно, небольшая. Только непрiятно, что онъ такъ гордъ и грубъ. Потомъ м-ръ Домби сказалъ, что ты говорилъ съ нимъ обо мн?, что онъ нашелъ мн? м?сто въ своей контор?, что я долженъ быть прилеженъ, аккуратенъ и… уменъ. Кажется, я не слишкомъ ему понравился.

– Ты хочешь сказать, – зам?тилъ старикъ, – что онъ не слишкомъ теб? понравится.

– Можетъ быть, и такъ, дядюшка, – отв?чалъ улыбаясь мальчикъ, – только я объ этомъ не думалъ.

Посл? об?да Соломонъ развеселился и отъ времени до времени посматривалъ на племянника.

Когда убрали со стола и сняли скатерть, – кушанье было принесено изъ сос?дняго трактира, – онъ спустился въ погребъ въ сопровожденiи мальчика, который со св?чею въ рукахъ остановился на сырой л?стниц?. Порывшись н?сколько времени въ разныхъ углахъ, онъ воротился со старой, заплеснев?лой бутылкой, покрытой пылью и пескомъ.

– Что ты д?лаешь, дядюшка, – вскричалъ мальчикъ, – в?дь это твоя зав?тная мадера? Ея всего дв? бутылки.