Домби и сын

– Это, в?роятно, миссъ Флоренса воротилась отъ своей тетки, – подумала Ричардсъ, еще не видавшая хозяйской дочери. – Что вамъ угодно, миссъ?

– Это мой братъ? – спросила д?вочка, указывая на ребенка.

– Да, моя красавица, – отв?чала Ричардсъ, – подойдите, поц?луйте его.

Но д?вочка, не двигаясь съ м?ста, задумчиво посмотр?ла на лицо кормилицы и сказала:

– Что вы сд?лали сь моей мамой?

– Господи, помилуй! – вскричала Ричардсъ, – Какой печальный вопросъ! Что я сд?лала? Ничего, миссъ

– Что о_н_и сд?лали съ моей мамой? – повторила Флоренса.

– Въ жизнь не видала такой жалости! – проговорила Ричардсъ, невольно поставивъ себя въ положенiе покойной леди и вспоминая о собственныхъ д?тяхъ. – Подойдите поближе, моя милая, не бойтесь меня!

– Я не боюсь васъ, – отв?чала д?вочка, входя въ комнату, – но мн? надобно знать: что они сд?лали съ моей мамой?

– Голубушка, – скааала Ричардсъ, – это черное платьице вы носите въ воспоминанiе о своей маменьк?.

– Я могу помнить свою маменьку во всякомъ плать?, – проговорилъ ребенокъ со слезами на глазахъ.

– Но ужъ такъ заведено над?вать черное платье, когда отходятъ.

– Куда отходятъ?

– Сядьте зд?сь, моя милая, – сказала растроганная женщина, – я раскажу, какъ и что однажды случилось.

Въ живой ув?ренности получить отв?тъ на свой вопросъ, Флоренса положила шляпку, которая до сихъ поръ была y нея въ рукахъ, с?ла на маленькую скамейку y ногъ кормилицы и пристально уставила на нее глаза.

– Жила-была, – начала Ричардсъ, – одна леди, очень добрая леди, и была y ней маленькая дочь, и эта дочка н?жно любила ее.

– Очень добрая леди, и маленькая дочка н?жно любила ее, – повторила Флоренса.

– И угодно стало Богу, чтобы захворала добрая леди, захворала и умерла.

Ребенокъ вздрогнулъ.

– И умерла добрая леди, и никто не увидитъ ее зд?сь, и похоронили добрую леди въ сырой земл?, гд? деревья растутъ.

– Въ сырой земл?! – проговорила д?вочка, затрепетавъ вс?мъ т?ломъ.

– Н?тъ, н?тъ, я ошиблась: не въ сырой, a въ теплой земл?, гд? дурныя, грязныя с?мена превращаются въ прекрасные цв?точки, и въ траву, и въ колосья, и ужъ не знаю, во что еще, гд? добрыя души превращаются въ св?тлыхъ ангеловъ и улетаютъ на небеса!

Ребенокъ, опустившiй передъ этимъ головку, поднялъ ее опять и внимательно началъ смотр?ть на разсказчицу.