Домби и сын

Немного погодя, явились и другiе джентльмены въ модной прическ?, въ высочайшихъ галстухахъ, въ ганцовальныхъ башмакахъ, съ лучшими шляпами въ рукахъ. За ними пришелъ м-ръ Бапсъ, танцмейстеръ, въ сопровожденiи своей супруги, которую м-съ Блимберъ приняла очень в?жливо и благосклонно. Лакей о каждомъ гост? докладывалъ громогласно. Осанка м-ра Бапса былъ очень величественна, и онъ говорилъ съ особой выразительностью, д?лая ударенiя на каждомъ слов?. Постоявъ минутъ пять подъ лампой, онъ подошелъ къ м-ру Тутсу, который въ молчанiи любовался своими башмаками, и спросилъ:

– Какъ вы думаете, сэръ, относительно сырыхъ матерiаловъ, привозимыхъ въ наши гавани изъ-за границы: что съ ними должно д?лать?

– Варить ихъ, – не задумываясь отв?чалъ м-ръ Тутсъ.

Этимъ и окончилась бес?да, хотя, казалось, господинъ танцмейстеръ не совс?мъ былъ согласенъ съ мн?нiемъ м-ра Тутса.

Павелъ, д?лавшiй теперь глубокомысленныя наблюденiя на мягкой соф?, обложенной подушками, вдругъ соскочилъ съ этого с?далища и отправился въ чайную комнату дожидаться Флоренсу, которой онъ не видалъ уже около двухъ нед?ль, потому что въ прошлую субботу его не пускали домой изъ опасенiя простуды.

Вскор? явилась она, прелестная, какъ ангелъ, въ своемъ бальномъ платьиц?, съ св?жимъ букетомъ цв?товъ въ рук?. Въ комнат? не было никого, кром? прiятельницы Павла, Мелiи, и другой женщины, разливавшей чай. Когда Флоренса стала на кол?ни, чтобы поц?ловать маленькаго брата, Павелъ бросился въ ея объятiя и не хот?лъ оторвать глазъ отъ ея цв?тущаго личика.

– Что съ тобой, Флой, – вдругъ спросилъ Павелъ, почти ув?ренный, что увид?лъ слезу на щек? сестры.

– Ничего, милый, ничего, – отв?чала Флоренса.

Павелъ тихонько дотронулся до щеки: на ней точно была слеза!

– Милая, что съ тобою?

– Мы по?демъ домой, – отв?чала сестра, – и я буду за тобой ухаживать.

– За мной ухаживать! Это что такое?

Павелъ дивился, отчего дв? молодыя женщины смотр?ли на него съ такимъ задумчивымъ видомъ, отчего Флоренса на минуту отворотилась и потомъ опять оборотила на него глаза съ отрадной улыбкой,

– Флой, – сказалъ Павелъ, перебирая рукою ея черные лаконы, – скажи мн?, моя милая, правда ли, что я чудакъ?!.

.

Флоренса засм?ялась, обласкала его и проговорила: "н?тъ".

– A они вс? то и д?ло говорятъ, будто я чудакъ, – возразилъ Павелъ, – желалъ бы я знать, что такое чудакъ?

Въ эту минуту постучались въ дверь, и Флоренса, посп?шивъ къ чайному столу, не усп?ла отв?чать брату на его вопросы.