Домби и сын

Потомъ онъ началъ опять:

– И когда, м-ръ Фидеръ…

Но м-ръ Фидеръ не могь оторвать глазъ отъ Джонсона, который снова готовился разразиться, какъ бомба.

– Извините, сэръ, – сказалъ магистръ.

– И когда, – сказалъ докторъ, возвышая голосъ, – когда братъ Вителлiя – д?йствительность факта, совершенно, впрочемъ, нев?роятнаго для толпы нашего времени, подтверждается современными писателями, заслуживающими полнаго дов?рiя – и когда, говорю я, братъ Вителлiя приготовилъ об?дъ, за которымъ подано было дв? тысячи рыбныхъ блюдъ…

– Выпей воды, Джонсонъ… Рыбныхъ блюдъ господинъ докторъ, – сказалъ м-ръ Фидеръ.

– Пять тысячъ блюдъ изъ различныхъ сортовъ домашней птицы…

– Или закуси коркой хл?ба, – сказалъ м-ръ Фидеръ.

– И одно блюдо, – продолжалъ д-ръ Блимберъ, еще бол?е возвышая голосъ и озираясь вокругъ стола, – блюдо, названное по причин? его огромной величины "щитомъ Минервы", и приготовленное, между прочими дорогими приправами, изъ фазаньихъ мозговъ.

– Кхи, кхи, кхи! (восклицанiе Джонсона)

– Изъ мозговъ куликовъ…

– Кхи, кхи, кхи!

– Изъ внутреннихъ частей рыбы, называемой scari…

– У тебя лопнетъ жила на голов?, – сказалъ м-ръ Фидеръ, – ты ужъ лучше дай себ? волю.

– И еще изъ внутренностей миноги, добытой въ Карпатскомъ мор?, – продолжалъ докторъ строгимъ голосомъ, – когда мы читаемъ объ этихъ роскошныхъ пирахъ и сверхъ того припомнимъ еще, что Титъ…

– Что подумаетъ б?дная мать, когда съ тобой сд?лается апоплексическiй ударъ! – сказалъ м-ръ Фидеръ.

– Домицiанъ…

– Ты весь посин?лъ, – сказалъ м-ръ Фидеръ.

– Неронъ, Тиберiй, Калигула, Гелiогабалъ и многiе другiе, – продолжалъ докторъ, – это, однако-жъ, зам?чательно, сэръ, если вамъ угодно меня слушать, очень зам?чательно.

Но съ воспитанникомъ въ эту минуту сд?лался такой ужасный припадокъ кашля, что товарищи начали колотить его въ спину, м-ръ Фидеръ поднесъ къ его губамъ стаканъ воды, a буфетчикъ долженъ былъ н?сколько разъ провести его по комнат?. Суматоха продолжалась не мен?е пяти минутъ, и когда, наконецъ, Джонсонъ началъ мало-по-малу приходить въ нормальное положенiе, въ комнат? воцарилось глубочайшее молчанiе.

– Господа, – сказалъ дръ Блимберъ, – вставайте на молитву! Корнелiя, сними Домби. Джонсонъ, завтра поутру передъ завтракомъ ты прочтешь мн? наизусть по греческому тексту изъ Новаго зав?та первое посланiе Павла къ Ефесеямъ. Наши занятiя, м-ръ Фидеръ, начнутся черезъ полчаса.

Молодые джентльмены поклонились и ушли. М-ръ Фидеръ сд?лалъ то же.