Домби и сын

Мгновенно все народонаселенiе гостиной, какъ будто на крыльяхъ вихря, полет?ло наверхъ, захлопало дверьми, затопало ногами, и когда, наконецъ, по возстановленiи приличной тишины и спокойствiя, м-съ Пипчинъ, приколотивъ хорошенько молодого Байтерстона, явилась въ гостиную въ своемъ черномъ бомбазин?, м-ръ Домби уже былъ тамъ и глубокомысленно наблюдалъ пустое кресло своего сына и насл?дника.

– Какъ ваше здоровье, м-съ Пипчинъ? – сказалъ м-ръ Домби.

– Покорно благодарю, сэръ, – отв?чала м-съ Пипчинъ, – я чувствую себя очень хорошо, если взять въ разсчетъ…

М-съ Пипчинъ всегда употребляла такую форму отв?та.

Собес?дникъ уже самъ долженъ былъ взять въ разсчетъ ея доброд?тели, пожертвованiя и такъ дал?е.

– Совершенно здоровой мн?, конечно, и быть нельзя, – продолжала м-съ Пипчинъ, придвигая стулъ и переводя духъ, – но я благодарна и за это здоровье.

М-ръ Домби слегка наклонилъ голову и посл? минутнаго молчанiя продолжалъ:

– Я принялъ см?лость зайти къ вамъ, милостивая государыня, посов?товаться насчетъ моего сына.

Уже давно было y меня это нам?ренiе, но я отлагалъ его день ото дня, дожидаясь, пока Павелъ выздоров?етъ совершенно. Какъ вы теперь находите его здоровье, м-съ Пипчинъ?

– Брайтонскiй воздухъ, по моему мн?нiю, принесъ ему большую пользу, – отв?чала м-съ Пипчинъ.

– То-есть, пребыванiе въ Брайтон? оказалось для него очень полезнымъ, – сказалъ м-ръ Домби, – я то же думаю.

М-съ Пипчинъ потерла руками и обратила глаза на каминъ.

– Но, быть можетъ, – продолжалъ м-ръ Домби, – теперь необходимъ для него другой образъ жизни, нужна перем?на въ его состоянiи. Объ этомъ-то я и пришелъ съ вами посов?товаться. Сынъ мой на дорог? жизни идетъ впередъ, м-съ Пипчинъ, быстро идетъ впередъ

Была какая-то меланхолiя въ торжественномъ тон?, съ какимъ м-ръ Домби произнесъ эти слова. Ясно, что для него слишкомъ длиннымъ казался д?тскiй возрастъ его сына, и что, по его понятiямъ, было еще далеко, очень далеко до той счастливой поры, когда наступитъ, наконецъ, исполненiе зав?тныхъ желанiй души его.

М-ръ Домби былъ почти жалокъ въ эту минуту, хотя понятiе жалости никакъ не клеится съ этимъ гордымъ и холоднымъ субъектомъ.

– Ему уже шесть л?тъ! – сказалъ м-ръ Домби, поправляя галстухъ, быть можетъ, для того, чтобы лучше скрыть едва прим?тную улыбку, мелькнувшую на поверхности его лица.