Грэйс

– Господин Саттон, следует ли понимать, что Вы подвергаете сомнению работу Вашего коллеги Эндрю Барелла, заключившего на месте преступления магический фон Аарона Дормера и драконьей магии?

– Я лишь говорю о том, что данное заключение требует доработки и привлечения альтернативных специалистов. Кроме того, для принятия решения по данным господина Барелла, нужен хотя бы один прецедент, которого на сегодняшний день не существует, в отличие от многочисленных исследований, однозначно дающих понять, что созерцательная природа света не позволяет ему изымать магию живого существа.

– Достаточно, Саттон, – прервал обвинитель, – Вы полагаетесь на исследования какого-то сомнительного заграничного специалиста, совершенно не принимая в расчет исследования собственных коллег, которые, к слову, ничуть не хуже. Доказательства косвенные. Лорд Дормер не был лично исследован Вашим специалистом.

– Принято, – согласно кивнул милорд старший советник и, по совместительству, судья Уолш.

– Я вызываю на допрос в качестве свидетеля терру Голди Баф, – снова с нечитаемым лицом продолжил Саттон.

Голди, у которой от страха и волнения взмокла спина и похолодели руки, очень неуверенно прошла к трибуне.

Саттон ободряюще улыбнулся и начал допрос.

– Представьтесь суду.

– Мена зовут Голди Баф.

– Кем Вы приходитесь лорду Аррону Дормеру?

– Служанкой. Я работала в его особняке каминщицей, – тихо отвечала Голди.

– При каких обстоятельствах была окончена Ваша работа в доме милорда Дормера.

– Он уволил меня за то, что я не успела разжечь камин до его прихода.

– Когда это произошло?

– Это произошло во вторую седмицу вересковика, – медленно отвечала Голди.

– У Вас есть документы о расторжении контракта и расчете?

– Да, вот они, – сказала девушка и протянула папку.

– Всё верно. Девятый день вересковика, – подтвердил Саттон и протянул бумажку старшему советнику, – Что входило в Ваши обязанности, терра Баф?

– Протестую, – громко сказал обвинитель, – Мы уже опросили пятерых слуг.

– Тем, что она работала непосредственно в жилых помещениях лорда Дормера и имела возможность лично наблюдать его посещения домашнего особняка вечером, во временной период совершения преступлений, – спокойно объяснил Саттон.

Несколько мгновений судья Уолш колебался, а затем со скучающим видом ответил:

– Продолжайте.