Грэйс

За своим столом чернее тучи сидел Дормер, и через носитель-кристалл смотрел запись судебного процесса по собственному делу. В это время за трибуной свидетеля стояла его мать… и клеветала на собственного сына.

Граф то ли не заметил, как она вошла, то ли сделал вид, что не заметил, и Голди поняла, что Шеридан уже покинул особняк, но ей неожиданно стало жаль Дормера, который выглядел ужасно одиноким и несчастным.

?      Добрый вечер, милорд! Терр Шеридан… – начала она, но была прервана.

?      Уехал.

Однако Голди уже не могла просто уйти.

"… Он пошел в отца. Отцовская порода, я всегда знала – порченная кровь…" – тем временем вещал кристалл и на этой фразе Дормер выключил его.

?      Уходи, – не оборачиваясь сказал граф и открыл дверцу стола, выудив оттуда какую-то пузатую бутылку.

?      Это не поможет. Будет только хуже, – устало сказала Голди.

?      А что поможет? – раздраженно спросил Дормер, – Раз ты такая умная – должно быть знаешь.

?      Знаю, – зачем-то кивнула Голди, – И могу Вам помочь.

?      Не нужна мне такая помощь. Уходи. – Голди не сразу догадалась о чём идёт речь, но всё же сориентировалась быстро.

?      Вы не привлекаете меня как мужчина, чтобы я Вам так помогала, – спокойно ответила она. Дормер от удивления повернулся и вопросительно уставился на неё. – В общем, если Вы предпочитаете сидеть страдать, жалеть себя и сокрушаться о своей жизни в одиночестве, а наутро проснуться с ужасной головной болью – вперёд. Если согласны принять помощь – жду Вас за дверью ровно пять минут.

На самом деле Голди понятия не имела, чем она может помочь господину хозяину. В чём она была уверена – так это в том, что он не выйдет. Но слово есть слово, и свои обещанные пять минут она решила выстоять, и тем удивительнее было, что дверь позади неё распахнулась спустя минуту.

?      Что я должен делать? – серьёзно спросил Дормер.

?      Оденьте тёплые сапоги, дублёнку, варежки и подштанники.

Идя в свою комнату за тёплой одеждой, Голди судорожно пыталась придумать, что же делать и какой жареный петух клюнул её в задницу – пожалеть милорда и предложить помощь, но ни одной идеи в голове не было. Оставалось надеяться на то, что милорд одумается.

Конец ознакомительного фрагмента.