Любовь и прочие обстоятельства

Светлая копна была заплетена в две косы. Но одна из них уже утратила резинку, и кудри непокорно расползались в разные стороны. Живые, любознательные зеленые глаза искали встречи с такими же, но с легким надменным шлейфом.

– Почему ты хочешь уехать? – Наталка нахмурилась и слегка оттопырила нижнюю губу.

– А что мне в вашей деревне делать? – усмехнулась старшая сестра. – Здесь скучно и живут только одни идиоты.

– И я итиот? – Наталка была готова разреветься.

– Настя! – мать вошла в прихожую. – Наташа, подожди сестру на улице.

Наталка натянула черные валенки и принялась копошиться с шубкой. Мама рваными движениями начала помогать.

Толкнув дверь, Наталка впустила в дом облако морозного воздуха и вышла. Несмотря на едва начавшийся вечер, улицу полностью затопила темнота. Шел снег. Вкусно пахло свежим хлебом и растопленной печкой. Дома, сонно и слепо смотрели желтыми окнами. Заснеженная крыша, подобно шубе делала их неповоротливыми. Белесым монолитом возвышалась маленькая пекарня с черными узкими пальцами труб.

Через проулок виднелась белая дорога реки. Она уже знала, что под налетом есть черная ледяная бездна. Наталка покрылась мурашками. Несколько раз подпрыгнула, отгоняя страхи.

Она подошла к фонарю, повернулась к нему спиной и подняла лицо к небу. Этому фокусу ее научила старшая сестра. Снежинки, отражаясь в свете фонаря, проносились мимо подобно звездам.

«Ну, как можно хотеть уехать отсюда?» терялась в догадках Наталка.

Грохнула дверь. На улицу выскочила Наська. Растрепанная, раскрасневшаяся, на ходу застегивая сапог, с дубленкой нараспашку.

– Уеду! Навсегда. Брошу вас нафиг. – зло выплевывала девушка.

– И меня? – на глазах Наталки начали наворачиваться слезы.

– Ну, что ты. – Наська присела на корточки, обняла сестру. – Тебя не брошу, всегда буду рядом. Обязательно буду приезжать. Кто же тебе гостинцы от зайчика передавать будет?

– Плавда? – хлюпнула носом девочка.

– Конечно! – заверила ее сестра улыбаясь.

Они взялись за руки и пошли к бабушке.

– Бабучка, – Наталка серьезно по-взрослому смотрела на сухонькую женщину. – А ты хотелья уехать из телевни?

– Конечно. Даже уезжала, но потом вернулась. – старушка улыбалась девочке. – Иногда так бывает, что тебя привлекает новое, неизведанное. Но позже ты начинаешь ценить, что имеешь.

– Конечно! – фыркнула Наська, вспоминая конфликт с мамой.