Жар-птица

Она тут же услышала голоса, доносившиеся из ближайшей комнаты, скорее всего, прихожей горницы или кухни.

– Когда уже этот барин уберется восвояси, – проскрежетал недовольный женский голос.

– Тебе-то что за дело, Агриппина? – послышался другой мужской.

Притаившись у стены при входе, Ирина замерла, прислушиваясь.

– Как какое? – ответила недовольно женщина. – Почитай, весь день у нее толчется. Скорей бы уже шел домой. Мне еще барыню купать да постель перестилать. Поздно уж.

– Терпи, наше дело малое, – ответил мужчина.

 – Ты ж только ужин с вином отнесла им. Наверняка до ночи опять пробудет, как и вчерась.

Тихо приникнув к проему двери, Ирина чуть заглянула в кухню, увидев, что у печи сидят двое слуг. Лица их были повернуты к огню, и женщина что-то штопала.

Приняв решение, Ирина быстро прошмыгнула мимо дверей кухни, устремившись к деревянной лестнице, ведущей на второй этаж.

– Ты слышал? – вдруг раздался голос женщины из кухни. – Словно кто-то ходит?

– Да кто ходит-то? – ответил мужчина.

 – Баре наверху, а хозяин в кабаке до сих пор, надо же деньги от госпожи прокутить. Показалось тебе.

Высоко поднимая юбки, Ирина стараясь ступать бесшумно на носочках, поднялась наверх и приблизилась к ближайшей двери. Заглянув, она удостоверилась, что комната пуста. Пройдя дальше, она остановилась у следующей двери и услышала приглушенные голоса. Замерев, она приникла к двери щекой, прислушиваясь, ибо мужской голос был ей знаком.

– Душечка, не будь такой букой, – говорил Виктор Сергеевич.

 – Еще рано, к тому же я еще не намиловался с тобой.

– Я просила у тебя новую коляску для выездов, и что же? – заявила женщина капризным тоном. – Похоже, ты совсем не ценишь мое внимание и мою любовь к тебе, Виктор.

– Не сердись, будет коляска. По приезде в Петербург я непременно куплю ее тебе.

– Не забудь, что это срочно. В августе начинается новый сезон в театре. Я хочу, чтобы все видели, что я приезжаю в новой карете.

– И к чему тебе это хвастовство, Аннет?

– Я хочу, чтобы эта выскочка Колосова видела, какой у меня щедрый покровитель.

Да и этот надменный Кокошкин пусть тоже знает. Ты, кстати, обещал поговорить с ним о моей главной роли.

– Непременно поговорю, душечка, – заворковал князь Кудашев. – Однако сейчас мы на отдыхе, не будем думать о делах.

– Конечно, ты притащил меня в эту глухомань, где я даже выйти на улицу не могу, чтобы все не решили, что я приехала сюда за тобой.

– Все верно, Анечка, не надо тебе часто гулять.