Сны и кошмары фермера Сведенборга

Кирасиры погасили факелы, и когда тень начала скрывать ночное светило, Железная Голова прильнул к окуляру и тихо произнёс: «Всевышний установил закон, дающий направление телам небесным, и волей его наступает тьма, угодная Ему».

Диск Луны скрылся, звёзды засверкали ярче, и вся процессия затихла, а гвардейцы пригасили факелы.

Как только светящийся край прочертил черноту неба, послышалось шипение – это карлик Дюжона зажёг горелку. Содержимое ёмкости размером с небольшую бочку издавало утробный, чавкающий звук, а из воронки куба шёл тёмный едкий дым.

«Последний ингредиент, – прохрипел Дюжон, достал из кармана пузырёк с тёмно-красной жидкостью и, откупорив пробку, добавил в нагреваемую смесь несколько капель. Дым сменил цвет и в свете факелов выглядел грязно-жёлтым.

Алхимик принюхался, нахмурился, и я расслышал презрительное бормотание: «Лундские доктора… совершенно никаких гарантий… не тот состав».

«Что-то не так, месье Дюжон?» – усмехнулся Железная Голова.

Пьер затравленно оглянулся, и взгляд его задержался на Эмеренции.

«Господа, я буду признателен, если вы наберётесь терпения и уделите мне ещё немного внимания. Отдельно приношу извинения юной госпоже Польхем, которая из-за моей недостойной персоны вынуждена красть время своего сна. Позвольте мне преподнести вам подарок в знак моего искреннего раскаяния и уважения к вашему отцу».

Все присутствующие замерли на мгновение от подобной дерзости. Игнорировать вопрос короля – поступок опрометчивый, за который можно не только попасть в темницу, но и лишиться головы.

Далее события развивались стремительно. Воспользовавшись замешательством присутствующих, Дюжон снял с пальца перстень и отдал его слуге, прошипев что-то, как змея, ему на ухо. Держа перстень перед собой, homunculus скачками, подобно сатиру, приблизился к Эмеренции. Девушка растерянно отшатнулась, но карлик схватил её руку, надел кольцо на палец и впился в кисть долгим поцелуем. Девушка испустила глубокий выдох и пошатнулась, а уродец бросился обратно к хозяину.

«Ещё немного терпения, благородные господа», – произнёс алхимик, схватил голову слуги, и подведя его к кубу, надавил пальцами на челюсть – изо рта уродца в адское варево закапала кровь, и дым сменил цвет на изумрудно-зелёный.

Я бросился к Эмеренции, которая без чувств упала в мои объятия, на её руке виднелись два маленьких отверстия от зубов карлика.

Карл щёлкнул пальцами, по его движению гвардейцы бросились и заломили руки Дюжону и его слуге.