Полное собрание сочинений. Том 9. Война и мир. Том первый

Вслед за Элен перешла и маленькая княгиня от чайного стола.

– Attendez moi, je vais prendre mon ouvrage,[52 - Подождите, я возьму мою работу,] – проговорила она. – Voyons, ? quoi pensez-vous? – обратилась она к князю Ипполиту: – apportez-moi mon ridicule.[53 - Что ж вы? О чем вы думаете? – принесите мой ридикюль.]

Княгиня, улыбаясь и говоря со всеми, вдруг произвела перестановку и, усевшись, весело оправилась.

– Теперь мне хорошо, – приговаривала она и, попросив начинать, принялась за работу.

Князь Ипполит перенес ей ридикюль, перешел за нею и, близко придвинув к ней кресло, сел подле нее.

Le charmant Hippolyte[54 - «Милый Ипполит»] поражал своим необыкновенным сходством с сестрою-красавицею и еще более тем, что, несмотря на сходство, он был поразительно дурен собой. Черты его лица были те же, как и у сестры, но у той все освещалось жизнерадостною, самодовольною, молодою, неизменною улыбкой и необычайною, античною красотою тела; у брата, напротив, то же лицо было отуманено идиотизмом и неизменно выражало самоуверенную брюзгливость, а тело было худощаво и слабо.

– Ce n’est pas une histoire de revenants?[55 - Это не история о привидениях?] – сказал он, усевшись подле княгини и торопливо пристроив к глазам свой лорнет, как будто без этого инструмента он не мог начать говорить.

– Mais non, mon cher,[56 - Вовсе нет,] – пожимая плечами, сказал удивленный рассказчик.

– C’est que je dеteste les histoires de revenants,[57 - Дело в том, что я терпеть не могу историй о привидениях,] – сказал князь Ипполит таким тоном, что видно было, – он сказал эти слова, а потом уже понял, что? они значили.

Из-за самоуверенности, с которою он говорил, никто не мог понять, очень ли умно или очень глупо то, что? он сказал. Он был в темнозеленом фраке, в панталонах цвета cuisse de nymphe effrayеe,[58 - тела испуганной нимфы,] как он сам говорил, в чулках и башмаках.