Полное собрание сочинений. Том 9. Война и мир. Том первый

Mon p?re ne parle que marche et contremarche, choses auxquelles je ne comprends rien; et avant-hier en faisant ma promenade habituelle dans la rue du village, je fus tеmoin d’une sc?ne dеchirante… C’еtait un convoi des recrues enrolеs chez nous et expеdiеs pour l’armеe… Il fallait voir l’еtat dans lequel se trouvaient les m?res, les femmes, les enfants des hommes qui partaient et entendre les sanglots des uns et des autres! On dirait que l’humanitе a oubliе les lois de son divin Sauveur, Qui pr?chait l’amour et le pardon des offenses, et qu’elle fait consister son plus grand mеrite dans l’art de s’entretuer.

«Adieu, ch?re et bonne amie, que notre divin Sauveur et Sa tr?s Sainte M?re vous aient en Leur sainte et puissante garde.

Marie».

– Ah, vous expеdiez le courrier, princesse, moi j’ai dеj? expediе le mien. J’ai еcris ? ma pauvre m?re,[218 - А, вы отправляете письмо, я уж отправила свое. Я писала моей бедной матери,] – заговорила быстро-приятным, сочным голоском улыбающаяся m-lle Bourienne, картавя на р и внося с собой в сосредоточенную, грустную и пасмурную атмосферу княжны Марьи совсем другой, легкомысленно-веселый и самодовольный мир.

– Princesse, il faut que je vous prеvienne, – прибавила она, понижая голос, – le prince a eu une altercation, – altercation, – сказала она, особенно грассируя и с удовольствием слушая себя, – une altercation avec Michel Ivanoff. Il est de tr?s mauvaise humeur, tr?s morose. Soyez prеvenue, vous savez…[219 - Княжна, я должна вас предуведомить – князь разбранил Михайла Иваныча.

– Ah! ch?re amie, – отвечала княжна Марья, – je vous ai priе de ne jamais me prеvenir de l’humeur dans laquelle se trouve mon p?re. Je ne me permets pas de le juger, et je ne voudrais pas que les autres le fassent.[220 - Ах, милый друг мой! Я просила вас никогда не говорить мне о том, в каком расположении духа батюшка. Я не позволю себе судить его и не желала бы, чтоб и другие это делали.

Княжна взглянула на часы и, заметив, что она уже пять минут пропустила то время, которое должна была употреблять для игры на клавикордах, с испуганным видом пошла в диванную. Между 12 и 2 часами, сообразно с заведенным порядком дня, князь отдыхал, а княжна играла на клавикордах.

XXIII.

Седой камердинер сидел, дремля и прислушиваясь к храпению князя в огромном кабинете.