Птичка

 – Одна морока! Вот Наталья быстро вышла замуж. А тебе все не те!

Скарятин услышал звук хлопнувшей двери и вошел в горницу. Он посмотрел на Глашу, которая стояла посреди комнаты и, закрыв лицо ладошками, плакала. Дмитрий быстро приблизился к ней и обнял:

– Не плачь, моя птичка… – Он ласково погладил ее по спине, приподнимая подбородок. Нежно поцеловав ее в губки, он вновь обнял ее, лаская руками спину. Она начала сопротивляться.

– Нет, нет, не сейчас, – выпалила девушка. – Отец может вернуться. Я завтра утром приду.

Отец в Петербург уедет…

Около восьми утра, едва телега Кавелина скрылась из виду, Глаша быстро направилась к зеркалу. Она уже была готова. Надев свои лучшие выходные юбку и блузку, что остались еще от покойной матушки, она поправила волосы, красиво положив их на высокую грудь. Косы она распустила и перетянула атласной белой лентой. Похлопав себя по щекам, она удовлетворенно кивнула зеркалу и бегом поспешила вниз по маленькой деревянной лестнице. Удостоверившись, что Матрена еще спит, девушка стремглав направилась к заветной горнице.

Скарятин стоял у окна, скрестив руки на груди. Он напряженно думал о том, что вот уже неделю совсем здоров, и ему давно пора уезжать из дома купца. Однако прелести Глаши, ее юное, сладкое, притягательное тело, вызывали в нем неуемное плотское вожделение. Он размышлял о том, что, возможно, еще раз удовлетворит свою похоть, а уж потом уедет.

Раздался шорох. Дмитрий резко обернулся и вперился взглядом в возникшую на его пороге стройную фигурку светловолосой девушки.

Сейчас она была какая-то другая, не такая, как утром, когда подавала на стол завтрак. Он отметил, что волосы ее распущены и надето на ней что-то очень милое и в то же время простое. Ее прелестное личико с ямочками на щеках и горящими темными глазками вызвало в нем чувство удовольствия. Его изучающий взгляд быстро пробежался по ее стройному стану, тонкой талии, округлым бедрам и высокой груди, и Дмитрий ощутил, как его тело наполняется желанием.

Он протянул к Аглае руку, сделав два шага навстречу, и усадил девушку на кровать. Она послушно опустилась рядом, смущенно потупившись. Довольно оскалившись, Скарятин, не спуская взгляда с ее губ, осторожно провел пальцем по ее щеке, медленно опускаясь к шее, а затем к плечам. Его вторая рука проворно легла на ее талию, чуть сжав.

Его пальцы настойчиво начали расстегивать маленькие пуговички, которые были впереди на светлой кофточке.